0382




0557




0321




0255


Audiatur et altera pars [1981, November]
» Harry Potter — 09/10/2018

The days are long but the years are short © [1981, November]
» Neville Longbottom — 14/10/2018

Death pays all debts © [1981, November]
» Henry Chase — 16/10/2018

Make or mar © [1981, November]
» Regulus S. Black — 16/10/2018

Сourage in danger is half the battle © [1998, May]
» Claire Rutherford — 17/10/2018

What brings you all here? [1981, November]
» Hestia Jones — 19/10/2018

When it rains, it pours, right? [1981, November]
» Bjorn M. Karhy — 19/10/2018

Be my hero, mother © [1981, November]
» Regulus Black — 20/10/2018

Different people - same issues © [1981, November]
» Astoria Greengrass — 21/10/2018

Seems the monster always wins © [1981, November]
» Lord Voldemort — 21/10/2018

Ashes to ashes dust to dust [1981, November]
» Rabastan Lestrange — 21/10/2018

Catch me if you can © [1981, November]
» Bjorn M. Karhy — 21/10/2018

Compromise - is not an act of weakness [1981, November]
» Harry Potter — 21/10/2018

Order of the Phoenix; p.1 [1981, November]
» Leonard Ross — 21/10/2018

Danger hides in beauty and beauty in danger © [1981, November]
» Leonard Ross — 22/10/2018

Time is all we have © [2023, October]
» Teddy Lupin — 22/10/2018

Where there’s a will, there’s a way [1998, May]
» Lutobor Dolohov — 31/10/2018

Give up! [1981, November]
» Elizabeth Aria — 31/10/2018
лучший игрок
Hermione Granger
лучшая пара
Frank & Alice Longbottom
лучший тандем
Troian Carter & Henry Chase
лучший сюжет
Order of the Phoenix; p.1 [1981, November]
лучший эпизод
As we dance with the bear [1982, April]
Генри был не силен в отношениях родителей и детей, так как достойного примера у него не было. Его отец был занят своими увлечениями, а мать - слишком помешана на своей репутации. Они, конечно же, любили сына, но воспитывали его по отдельности, не подавая общего примера, не разговаривая все втроем. В какой-то момент этого не хватало маленькому мальчику.
Do not miss your chance © [1960, December]

2023/17/10: вт
1998/8/05: пт
1981/2/11: пн

| Three Generations: I would rather die |

Объявление


Вы здесь » | Three Generations: I would rather die | » Хроники Хогвартса » Different people - same issues © [1981, November]


Different people - same issues © [1981, November]

Сообщений 1 страница 7 из 7

1

http://funkyimg.com/i/2Lfjn.gif

Время и дата:
2 ноября, от часа ночи

Место:
Маггловская часть Лондона

Участники:
Astoria Greengrass, Petunia Dursley, Orion Black;
Описание:
Порталы меняют все - кто-то спасается от смерти, кто-то страдает из-за собственного любопытства, а кто-то оказывается не в том месте и не в то время. Астория необдуманно шагнула за Амикусом, в надежде узнать, что происходит; Орион оступился, попадая в портал за год до своей смерти; а Петуния просто возвращалась домой от родителей, ни о чем не подозревая. Сумеют ли три совершенно разных человека найти общий язык перед лицом неизвестности и опасности?

0

2

Дополнительно: 14 летняя школьница, пытавшаяся беззаботно пройтись по магазинам.
Внешний вид: летнее, бежевое платье викторианской эпохи с длинным рукавом.
Состояние: напугана, заинтригована и решительна.
С собой: волшебная палочка.


Густой, едкий дым поглотил все вокруг и спровоцировал темноту в дневное время,он проник в легкие и вызвал долгий кашель. Прикрывая рот рукой, девушка, в обнимку со своей сестрой, пыталась выбраться из внезапно появившийся темной завесы. Каким-то образом сестры разделились, и Астория вышла на узкую улочку, опираясь на холодные стены. Вытерев слезы, она подняла голову и увидела крупного мужчину, который нес обмякших мальчишек. Кажется, они были без сознания, так как их руки и ноги безвольно болтались в разные стороны.
Все также опираясь на стены и оставаясь на приличном расстоянии от подозрительного волшебника, но так, чтобы он всегда был у нее на виду, слизеринка последовала за ним. Эта таинственность ее завораживала, а несгораемое любопытство вело на путь к приключениям о которых, возможно, она может очень пожалеть. Дафна осталась далеко позади и, вероятно, она не будет в восторге от подобной самодеятельности младшей сестры, но выбора не было, так как Астория довольно далеко ушла от Косого переулка.

Вот они подходят к школе, спускаются по лестнице, сердце начало бешено стучать в груди, а руки невольно трястись. Мужчина, идущий впереди что-то бормотал себе под нос, но его речи она не могла разобрать – слишком далеко он от нее находился, да и стук больших ботинок о кафельный пол эхом раздавался по коридору, в котором витал спертый запах сырости и гнили. Эту часть Хогвартса Астория не знала, она была какой-то загадочной, мистической и абсолютно незнакомой. Недалеко от лужайки, проходил урок с мадам Трюк, и никто никогда не замечал этот вход в подвал. Идя по узкому, влажному коридору, она то и дело натыкалась на разодранные гобелены и картины. Помимо произведений искусства, которые уже вряд ли кого то могли восхитить, вокруг валялись различные склянки, дырявые котлы заросшие мхом, и множество различных магических предметов, которые могли вызвать  у педантичного человека зубной скрежет и дрожь во всем теле.

Мужчина резко остановился перед ничем не примечательной стеной. В этот момент Астория побледнела, так как подумала, что мужчина заблудился и попал в тупик, и вот-вот он вернется обратно и обнаружит маленького шпиона. В ее голове начали работать шестеренки в ускоренном темпе. Зажмурив глаза, она облокотилась спиной на стену и начала придумывать причину по которой она в каникулы очутилась в заброшенной части Хогварства, на тот случай если ее заметят. Простояв так пару минут, она не услышала, что грузный незнакомец идет в обратную сторону. Для нее это было одновременно и облегчением, и изумлением. Когда Астория выглянула из-за угла, волшебника уже не было. Возмущенно выйдя из своего «укрытия», она встала на то место, где только что стоял мужчина.

- Ничего не понимаю. – Возмущенно ворчит себе под нос и оглядывается по сторонам, упирая руки в бока. Двери поблизости не было, самого потертого камня, чтобы открыть потайную дверь не наблюдалось, даже подсвечники находились слишком высоко, чтобы их можно было бесшумно коснуться рукой и активировать волшебный механизм.  Астория  с особой тщательностью начала изучать тупик, в котором оказалась по вине странного волшебника, который зачем-то потащил сюда мальчишек, за одного из которых она где-то в глубине души сильно переживала. Но переживала так, как это делает мать. Поэтому, ей было жизненно необходимо разобраться в сложившейся ситуации, чтобы все кусочки только начатого пазла встали на свои места. У нее не было цели бежать и спасать их, так как ее преследовала своя, иная цель – удовлетворение собственного любопытства. Ей предстояло ответить на ряд вопросов: что это за школьники, которые до невозможности похожи один на Малфоя, второй на Поттера? Почему тот, который блондин, обнял ее и, дыша перегаром, лаково произнес «мама…»? Что это за мужчина? Зачем он похитил их? Для кого?
Выругаться как сапожник ей не позволяло воспитание и чрезмерное чувство собственного достоинства, но где-то в глубине души ей впервые в жизни этого очень сильно захотелось, так как это была абсолютно непонятная ситуация, а недомолвок и секретов она не любила.

Потеряв всякую надежду на выяснение причины исчезновения незнакомца, Астория, как человек уравновешенный и слишком воспитанный, очень элегантно пнула валяющийся под ногами камушек, который со свистом пролетел свозь стену, оставив дебоширку по другую сторону с недоумевающим выражением лица. Коснувшись пальцем заколдованной стены, которая покрылась небольшой рябью, Астория замерла. Стена была похожа на портал, который находится на вокзале, ведущий на платформу 9¾.  Протянув руку, портал с радостью принял девушку в свои объятья и начал потихоньку засасывать ее внутрь себя, обдавая кожу приятной прохладой. Астория, оставляя позади все, что было ей дорого, решительно идет за своим будущим, которое она увидела в лице одного из мальчишек, но пока не могла его разглядеть.

Ощущения, которые школьница испытывала в портале, были больше похожи на аппарацию, когда невидимый крюк цепляет тебя за живот и кружит в водовороте событий, которые мелькают перед твоими глазами. Портал решил «выплюнуть» ее прямо на идущую, кажется, с работы молодую женщину. Ударившись коленом об асфальт, Астория, не успев поднять голову, выдает негромкое – прошу прощения, мисс.
В горле встал ком, а в желудке недавно съеденный обед выдавал ламбаду, намереваясь в ближайшее время покинуть место обитания. Отдышавшись, слизеринка медленно поднимается на ноги, элегантно отряхивает колени и выпрямляет спину, пронзительно смотря на незнакомку, на которую она так неудачно приземлилась. Оглядев ту с ног до головы, ее посетила пугающая мысль «маггл». На лице отразилась гримаса отвращения и она делает уверенный шаг назад,  - Беру свои слова обратно.

Отредактировано Astoria Greengrass (2018-09-26 11:29:24)

+3

3

Дополнительно: 24 года, домохозяйка, замужем с 1977, мать с июня 1980
Внешний вид: строгое бежевое платье, сапоги, темно-серое осеннее пальто, бежевый берет
Состояние: в хорошем настроении
С собой: дамская сумка и множественные пакеты


- Сейчас направо, - схлопнув перчатки в ладони, она упрямо смотрела перед собой. Не успев уследить за временем, теперь приходилось ехать в такси, указывая водителю дорогу. В ногах стояло несколько белых, кажется, слегка помятых, пакетов из достаточно дорогих магазинов. Внутри хранились подарки от родителей, которые Пэтти заблаговременно переложила в даже на ощупь элитные пакеты. Эмблемы модных домов переливались в лунном свете, который попадал в автомобиль через лобовое стекло.

- Вы откуда приехали? - спросила она, замечая смятение на лице водителя. Судя по всему, он был новеньким, возможно, даже не разбирался в местности. Держался, к слову, гордо, хотя и видно было, как скачут глаза от стороны в сторону. - Направо, - подсказала девушка, вздыхая и нетерпеливо снова надевая перчатки.

Вернон будет недоволен, но она ничего не могла поделать. Не умела перемещаться в пространстве, как некоторые. Хотя, наверное, именно за это муж и ценил ее больше, чем любую другую. Петуния оставалась самой нормальной и самой правильной женой. Улыбалась каждому, не давала к себе прикасаться, плела свои интриги и оставалась главной на их улице.
После рождения Дадли она решила, что помимо городского совета, обязательно вступит в попечительский. Именно поэтому теперь нарабатывала репутацию своему имени. В привилегированные кружки людей с улицы не берут, а внушительный браслет красивого сплетения белого и желтого золота подсказывал, что Петуния Дурсль не была простой. Только это украшение нужно вернуть в течение недели в магазин.

- Остановите здесь, - слишком лениво, но достаточно четко для госпожи проговорила она. Всегда хотела оставаться «хозяйкой», поэтому продолжала гордо держать подбородок повыше. Машина резко дернулась, колесом цепляя бордюр, и Пэтти закатила глаза, вздыхая что-то об эмигрантах. Подхватив пакеты, она не стала дожидаться, пока водитель соизволит ей помочь. Толкнув дверцу, аккуратно вышла из автомобиля, протягивая несколько идеально ровных бумажек мужчине. - На сдачу купите себе карту Лондона, мистер… - махнув ладонью в знак того, насколько ей безразлично его имя, Петуния отошла от бордюра, двигаясь в сторону дома.

В Литтл Уингинг они с Верноном переехали после свадьбы. Место жительства выбирали тщательно, потому что рассматривали множество вариантов. Какие-то были доступными, какие-то выглядели шикарно, но не стоили столько денег, сколько просили владельцы. Вернон всегда оставался верным себе, проверяя все, на что приходится тратить зарплату. Петуния именно за это качество и любила его сильнее, пожалуй, чем любого другого человека из своего окружения. С ним она могла расслабиться и не переживать за уплату счетов, потому что муж был заинтересован в их социальном статусе не меньше ее. Долги создавали плохую кредитную историю, так или иначе влияющую на репутацию их семьи.

Сначала Пэтти, конечно, чувствовала себя невероятно счастливой. Все же дом оказался куда просторнее комнаты, которую приходилось снимать во время учебы. Да и сильное плечо рядом вызывало ничего, кроме хорошего настроения. С течением времени девушка стала замечать, что многого не хватает. До идеальности нужно было работать и приспосабливаться. Именно поэтому на улицу Дурсль выходила лишь при полном параде, тщательно проверяя, чтобы все было так, как задумано. В окнах ее дома можно было заметить живые цветы на подоконниках, светлый и уютный тюль. Иногда она специально подвязывала его, чтобы соседи смогли оценить новый телевизор, который Вернон подарил ей на Рождество.

Они ездили только в тот магазин, куда ходил мэр города. Пэтти брала под руку Вернона, демонстрируя обручальное кольцо, которое отлично сочеталось с ожерельем на аккуратном платье. Использовала только полезные для природы пакеты, хотя и не понимала, в чем смысл этого маскарада. Бумага или пластик - одно и то же. Правда старалась не упускать из внимания взгляды со стороны. Если кто-то закатывал глаза, то подмечала это, запоминая, и в следующий раз отвечала тем же.

Может, именно поэтому сейчас аккуратно несла пакеты из фешенебельных бутиков, в которых были сложены подарки для Дадли и несколько кусков домашнего сыра. Идеальная снаружи и такая же, как все, внутри Петуния. Иногда это ее даже забавляло: остальные не скрывали своей бедности, а она умудрялась повернуть все таким образом, что многие считали их с Верноном заносчивыми миллионерами. Здорово и состоятельно.
Конечно, не только деньги делают человека счастливым, но Пэтти успела уяснить - чем большее количество нулей в чеке, тем легче жизнь в столице.

Обойдя лужу, она придержала пальто, вздыхая на нерасторопность городских служб. В Литтл Уингинге такого не случается, потому что городской совет остается городским советом. Миссис Дурсль отважно требует уважения к проблемам, которые задевают безопасность жизни ее сына. Иногда даже чересчур, но кто устанавливает рамки? Пэтти устанавливала их. По крайней мере у себя в доме, но в скором времени обязательно расширит свое влияние. Вернон верил в нее, а большего и не требовалось.

Несколько раз обернувшись на странный шум, она со спокойной душой не заметила приближающегося автомобиля таксиста. Не хотелось бы сталкиваться с агрессией мужчины, поэтом покрепче перехватила пакеты, ускоряя свой шаг. До дома идти было не так уж и долго, но даже на своих двоих оказалось быстрее, чем на петляющем такси.

Только шум, как оказалось, доносился спереди. Потому что буквально в следующее мгновение Пэтти оказалась сбита ног. Пакеты остались в руках, - люди всегда удивлялись хватке девушки, - но затылок все же пострадал.
– Прошу прощения, мисс.
Дурсль осторожно вытянула ногу, осознавая, что лежит практически в луже. Малолетняя девица уже поднялась на ноги, всем своим видом доказывая догадки Петунии о воспитании нынешнего поколения.
- Беру свои слова обратно.

- А Вы достаточно выросли, чтобы давать, а потом забирать? - уточнила девушка, осторожно приподнимаясь и весьма недовольно оглядывая пальто сзади. - Хэллоуин был вчера, - заметила внешний вид девицы. Отвратительный праздник, который Дурсль не переносила всем сердцем. Одно лишь упоминание ведьм и колдуний заставляло вспоминать о сестре. В последнее время слишком часто ей приходится слышать о Лили. Сначала родители, потом снова родители, множество детей, выряженных в магов и кентавров. С отвращением отряхнувшись, она поправила берет, стараясь восстановить дыхание.

Взгляд коснулся порванного пакета и вывалившегося из него сыра. Пэтти манерно сжала пальцы в замок, призывая себя успокоиться и вспоминая все сеансы с психотерапевтом, на которые никогда в жизни не ходила. Лишь слышала по радио, что такое существует. Дамы в городском совете охали и ахали, а они с Верноном продолжали настаивать на шарлатанстве. Мода модой, поэтому пришлось играть роль постоянной клиентки воображаемого мистера Кегеля.

- Вы знаете, который час и где Вы находитесь? - уточнила Пэтти, не показывая своего смущения. Словно сыр в пакете из элитного магазина часов - это то, что происходит со всеми, словно, так оно и должно быть. - Во-первых, я являюсь членом городского совета, и Вы только что испортили мой внешний вид и нанесли ущерб моему имуществу, - не договорив последнее слово, девушка огляделась на очередной шорох. Но тут же схватила девчонку за запястье, не давая той сбежать. Она не раз сталкивалась с подростками, которые думали, что имеют право раскидывать туалетную бумагу на ее кустарниках. - Ни шагу от меня, пока я не выясню, кто твои родители и на чье имя писать жалобу. - неподалеку показалась темная фигура мужчины. Ее отец?

+4

4

Дополнительно: 50 лет, чистокровный представитель древнего рода Блэк; из августа 1979 года
Внешний вид: Деловой костюм черного цвета, мантия
Состояние: Устал, бледен, болезненный на вид, ощущает себя хуже, чем есть
С собой: Волшебная палочка в кармане мантии, мешочек с деньгами


Орион устало смотрит в окно, отсчитывает минуты до окончания приема. Министерство очень любит устраивать ненужные вечера в самый неподходящий момент, когда всем хочется отдыхать и ничего не делать. Мистер Блэк исключением не был. Он смотрит равнодушно, но в глазах читается грусть, понятная не всем. Ему сочувствуют, как отцу, потерявшего сыновей. Вальбурга давно выжгла Сириуса из семейного гобелена, но это не значит, что его можно так просто вычеркнуть из жизни, верно? Старший сын давно жил своей жизнью, выпустился из Хогвартса и после смерти Альфарда живет в его доме. Это все известно, понятно и просто, правда? Орион считает, что имеет право знать о жизни своего сына. Неважно, каким он является, какие взгляды разделяет и чью сторону поддерживает, но ведь он сын. Блэк не спорит с женой, разделяет ее мнение о позоре, на который обрек их Сириус, но все это пустое. Где-то в глубине души еще хранится надежда, что он одумается и вернется, растопит, соберет по кусочкам сердце матери и снова станет их сыном.
Блэк ловит себя на странной мысли, что думает о старшем сыне все чаще, особенно после исчезновения младшего. Может он просто не верит, что Регулус жив? Он ведь служил Лорду, верно? Если слуга Волдеморта пропадает больше, чем на месяц, то это может означать только одно. Вальбурга верит в лучшее и ждет сына каждый день, не слушает ничего про реальность, игнорирует предложение написать Сириусу. Орион не спорит. Это ведь глупо, правда? Он живет своей жизнью, поддерживая супругу, но разделяя его взгляды по-своему. Чистота крови навек, но ее не так-то просто сохранить, если нет чистокровных наследников, а получить такового можно только в случае примирения с сыном. Если Регулус и правда мертв, то наследник у них один, но Вэл не принимает его слов, боится, что он может оказаться правым.
Музыка стихает, звучат слова прощания и Орион благодарит Салазара за рано закончившиеся пытки. Ему хочется поскорее вернуться домой, увидеть жену и подняться к себе в кабинет, где он будет наедине со своими болями и недомоганием. Зелья не помогают ему, заклинания тоже. В Мунго говорят, что всему виной какая-то болезнь, которую он где-то подцепил, но где - вопрос. Сродни лихорадки, но переменчивой. Оспа драконья или может быть что-то еще? Орион помнит, что от оспы не так давно скончались Поттеры, но никаких эмоций по этому поводу не испытывает. Они были предателями чистой крови, не сумев направить сына правильно. Как и сам Орион. Блэк усмехается своим мыслям, понимает, что ничем не отличается от них, ведь он и не воспитал сына правильно, верно? Сириус живет в свое удовольствие, что-то делает, не спешит жениться, ведет себя как бунтарь. Орион лишь качает головой, прощается кивком со знакомыми и выходит из Министерства пешком. Ему хочется пройтись самостоятельно, хотя тянет домой. Внутренний голос, почему-то напоминающий голос Альфарда, настойчиво шепчет ему аппарировать домой, но Орион привык отмахиваться от кузена, поэтому не слушает. Поправляет мантию, проверяет при нем ли палочка и идет по улице. Ноги ведут его домой не сразу, окольными путями. Маггловская часть Лондона не так приятна, но ему нравится идти и смотреть, как низко и бедно живут магглы, нравится ему и ощущать свое превосходство над ними, власть, возможности. Может Блэк самоутверждается за счет простых людей, но дома он наедине с женой, которая думает только о младшем сыне, не идет на нормальный контакт, поэтому не стоит даже пытаться там. Тут он хозяин положения, может и магию применить и просто в стороне постоять, но мысли его замирают на ровном месте, когда он сворачивает за угол и ему в глаза бьет яркое голубое свечение. Являясь главой отдела по Экспериментальным чарам, мужчина не раз сталкивался с различными заклинаниями и невероятными выходками некоторых волшебников, но это что-то другое, верно? Орион старается обойти нечто стороной, но любопытство берет верх и он тянет руку, касается краев странной арки. Ему кажется это странным и похожим на телепорт. Как сотрудник министерства и порядочный волшебник, он должен соблюдать меры осторожности и поддерживать статут секретности, проверять подозрительные магические явления. Он вздыхает, понимая, что домой попадет нескоро и шагает в арку, полагая, что выйдет где-то поблизости или же узнает, кто шутит с ним посреди маггловского Лондона, но вместо этого он проходит через что-то вязкое и морщится от ощущений, которые ему не нравятся. Делает вдох и смотрит по сторонам хмуро. Это не телепорт, верно? Но что это? Он собирается уже пойти назад, но позади ничего нет, в этот же момент он замечает две фигуры. Обе в бежевом, одна рассержена, вторая растеряна. Стоит ли ему вмешиваться? Издалека они походят на мать и дочь, которые поругались посреди улицы, но Орион понимает, что даже магглы в такое время сидят дома и ругаются только за закрытыми дверями. Его мотивация проста, ему нравится быть сильнее, самочувствие ухудшается и хочется успеть побыть хозяином каждый раз. Он подходит ближе и замечает как по-разному одеты девушки. Светловолосые, в смешанных чувствах. Не мать и дочь, может быть сестры, может быть вовсе чужие люди, верно? Такое же возможно. Орион смотрит на них, делает шаг навстречу и останавливается. Может телепорт все-таки и он перенес его поближе к ссоре? Орион пытается рассуждать логически, спасая положение, чтобы не выглядеть глупо при докладе и обсуждении.
- Дамы? - манеры превыше всего. Блэк смотрит на обеих, пытаясь понять, знает ли он их или нет. Времена неспокойные, никогда не знаешь, что скрыто под красивым платьем. Иной раз чарующие глаза смотрят так, что потом находят мертвое тело и ничего больше. Орион сжимает палочку в кармане, готовый защищаться и защищать, но его плечи расслаблены и смотрит на девушек. - У вас все в порядке? - спрашивает вежливо, но без интереса. Он бы прошел мимо, но воспитание не позволяло, даже если перед ним магглы, он должен был остановиться. Родители говорили, что в этом нет ничего дурного, Лукреция же морщила нос, отмахивалась. Орион же помнит слова Мелании, мамы, которая всегда смотрела на них строго, но с любовью. Он помнит, что она предлагала не спешить с выводами, поэтому Блэк даже сегодня пользуется ее советами, пытаясь жить правильно. Он смотрит на молодых девушек, но не жалеет об ушедших годах молодости. Жалеет только, что не воспитал сыновей, которых теперь у него нет.

+3

5

Пока незнакомка приходила в себя после такого бестактного нападения, Астория решила оглядеться по сторонам. Поблизости  уже не было того странного мужчины с мальчишками на перевес, за которым она шагнула в бездну неизвестности. Ей казалось, что прошло не больше трех минут, прежде чем она вошла в портал вслед волшебнику с устрашающей внешностью. Девочка обреченно вздохнула, поняв, что ее расследование зашло в тупик. Вопросы остались без ответов и, кажется, их стало в два раза больше.

Увидев, что девушка лежит в луже, Гринграсс не смогла скрыть удовольствия. Это можно было понять по ее выражению лица и мелькающим огонькам в голубых глазах. Ведь, не каждый день представляется возможность увидеть маггла в не самом лучшем свете.
- Не хотела вас оскорбить этим, но уже не так расстроюсь, если это у меня получилось. – Губы девочки расплылись в коварной ухмылке и она отвлеклась на свой внешний вид. Астория начала демонстративно поправлять платье и отряхивать несуществующую грязь с плеч.

- Вы знаете, который час и где Вы находитесь?
Вопрос поставил ее в тупик. Гринграсс огляделась по сторонам, отмечая для себя резкую смену погоды, из того времени, откуда она пришла, было лето, а здесь во всю царила осень. Также она заметила небольшие скачки магической силы, витающие в воздухе, источник которых она определить была не в силах. Туман, как пуховое белое одеяло, покрывал извилистую улицу, мягко укутывал в свои объятия тускло святившие фонари. Один из которых предательски моргал, выбиваясь из ровной аллеи света и тем самым действовал на нервы. Лампочка была сломана и уже не походила на своих собратьев, пока она раздражающе подмигивала прохожим, ее медленно покидала жизнь. Никому до этого не было дело, кроме Астории. Она всегда замечала такие мелочи, анализировала, а возможно просто находила себя в образе сломанных вещей. 

Пока Астория пребывала в раздумьях, сама того не замечая, она делала небольшие шаги в сторону, стараясь отдалиться от девушки. Только, кажется, магглу это не совсем понравилось и она, в подтверждение своих странных слов, не нашла ничего лучше, как схватить девочку за руку. Небесно-голубые глаза остекленели, а хрупкое детское тело затряслось от переполняющегося возмущения.

-Ты. Всего лишь. Грязный. Маггл. – прошипела Астория, четко и с расстановками, доставая палочку свободной рукой. В голове мелькали мысли и варианты, каким именно заклинанием можно было бы наградить эту невоспитанную девушку, но голос мужчины, раздавшийся сзади, заставил ее еще крепче сжать палочку и обернуться.

Лицо незнакомца показалось ей до боли знакомым, поэтому она начала копаться в клубке своих воспоминаний, чтобы отыскать знакомые черты, из-за которых ее брови невольно поползли вверх, а нутро подсказывало, что этого человека будет недостаточно одарить книксеном, а следует поприветствовать по всем законам аристократии. Пока Астория, доверившись своим инстинктам, приседала в реверансе, в ее памяти всплыли величественные стены Малфой-мэнора, огромный холл, который был вдоль завешан портретами семейства Малфой и Блэк. и то, как она остановилась у портрета мужчины лет пятидесяти. Он казался серьезным и строгим, только ямочка на подбородке могла смягчить тяжелое и холодное выражение лица. Красивые и уставшие глаза смотрели куда то далеко, как будто он видел то чего не замечаем мы, как будто мудрость увековечилась в этом портрете вместе с ним. Ниже была выгравирована табличка с именем: Орион Блэк.

- Доброго вечера, мистер Блэк. – Выпрямляется и одаривает мужчину вежливой улыбкой. Кажется, хватка девушки немного ослабла и это дало возможность Астории высвободить свою руку. Она потерла свое запястье и сделала шаг вперед к мужчине, стараясь не выпускать из вида девушку, чтобы в случае чего не попасть впросак как в первый раз.
- Нет, увы, нет. – Девочка пожимает плечами и бросает короткий , пренебрежительный взгляд на незнакомку – Магглы совсем обезумели, хватают детей за руки и угрожают. Они хуже, чем домовики.

Отредактировано Astoria Greengrass (2018-10-06 09:11:33)

+3

6

Девчонка выглядела странно. Пэтти недовольно оглядела ее, замечая в очередной раз странную одежду для прохладного ноября. Мужчина издалека приближался к ним, но Дурсль сделала несколько шагов назад. Вернон уже, наверное, лег спать, и ей нужно было возвращаться домой.

- Ты. Всего лишь. Грязный. Маггл.
Она посмотрела на девчонку перед собой, шипение которой заставляло напрячься. Глаза сузились, а губы поджались, стоило лишь увидеть, что находится в свободной ладони у беспризорницы. С отвращением откинув ее руку, Петуния попятилась назад, вытирая пальцы о пальто.
Во взгляде появилось понимание, стоило лишь осознать, что перед ней стоит волшебница. Тогда ясно, почему она была так легко одета. Все студентки были немного не в себе, греясь чарами или же надеясь на то, что волшебная палочка поможет избежать неприятностей.

Пэтти подхватила пакеты, озираясь по сторонам. Можно было позвать того мужчину, он наверняка бы вступился, но вдруг он с ней?
- Грязная здесь только ты, - прошипела девушка, делая еще шаг назад и чувствуя спиной твердую стену соседского забора. - Как ты посмела сбежать из своего Шмогвартса? - чуть ли не выплюнув название школы, в которую когда-то мечтала поступить, Петуния не спускала взгляда с девицы. - Если тронешь меня, то тебя лишат и этой палки, и посадят в тюрьму, ведьма, - прошептала уже смелее Дурсль, приподнимая подбородок. Она знала достаточно о мире волшебников. Лили не раз делилась новостями, рассказывала правила и достаточно четко отказывала в фокусах на летних каникулах.

«Меня исключат, Туни.»
«Это запрещено, Туни.»
«Положи мою палочку, Туни.»

Девушка передернулась, поглядывая в сторону мужчины. Его руки спрятаны в карманах, может, nfv тоже эта волшебная палка? Петуния осеклась, пытаясь представить метод побега. Она не сможет отбиться от этой нечисти сама. Стоило лишь вспомнить одного Снейпа, который заставил ее покатиться с холма одной лишь силой мысли.

- Дамы? У вас все в порядке?
Качнула головой, как бы показывая, что не в порядке, все плохо. С одной стороны, Дурсль понимала, что девица не сделает ей ничего. Никто не захочет рисковать обучением в Хогвартсе. Никто не станет причинять вред магглу, зная, что это приведет к нарушению секретности. С другой стороны, эта ведьма уже стояла посреди пригорода Лондона ночью и угрожала ей палкой.

- Доброго вечера, мистер Блэк.
Пэтти хмыкнула, не веря своим ушам. Помимо того, что оказалась втянута в разговор с какой-то идиоткой, так еще и родственник того самого идиота. Вряд ли Лили дружила с этим мужчиной, судя по всему, он не вчера выпустился из Хогвартса. Конечно, в Англии было достаточно Блэков, но вряд ли ей повезет. Если не Сириус, так его дядя, сват или же отец. Не хватало только сестренки для пущего праздника.

- Мистер Блэк? Вы что забыли, где ваше место? - вмиг похрабрела, чувствуя себя одновременно с этим откровенно загнанной в угол. Спина упиралась в кирпичную кладку, когда как в руках были лишь брендовые пакеты, набитые едой. Берет, некогда красиво лежащий на ее волосах, оказался на асфальте, а бежевое пальто явно испорчено. - Или Вы пришли за ней? - кивнув в сторону девчонки, нахально спросила Пэтти. - Она угрожает мне своей палкой и зовет грязным магглом. Что Вы делаете с такими? Я слышала, сажаете в Азкабан, - отчеканила каждое слово девушка, наконец замечая реакцию волшебников. Кажется, удивила, но этим и лучше. Выпрямив спину, она с разочарованием посмотрела на берет. Стоит только добраться до дома, чтобы отправить гневное письмо в Министерство Магии. Уж Петуния знает, где он находится. Немало пришлось писать жалоб на нахальное поведение Снейпа. Хорошо, что того рядом не было. Было бы еще прекрасно, если бы он уже умер в какой-то луже.

– Магглы совсем обезумели, хватают детей за руки и угрожают. Они хуже, чем домовики.
Дурсль хмыкнула, вытягивая руку вперед. Совсем осмелела, не боится этих глупых заклинаний, помнит, что не должна чувствовать себя слабой. Ткнув пальцем в кончик палки, она надавила на нее со всей силы, заставляя девчонку покачнуться назад.

- Дорогуша, Ваше место в Хогвартсе и на защищенных территориях Лондона. Тут живут нормальные люди, которым ваши фокусы не сдались, - холодно проговорив, Пэтти справилась с волной отвращения. Демонстративно извлекла платок из сумки, вытирая им палец и бросая рядом с беретом. - Таких животных, как Вы, держат подальше от нас, милочка.
Хотелось ужалить сильнее и так, чтобы девчонка осознала свое место. Оно явно где-то там, где кучкуются такие, как она. В огромном и волшебном Хогвартсе, охраняемом лесом и Альбусом Дамблдором. Петуния почувствовала, как закололи ее щеки. Скорее от злости и смущения, которые обязательно появляются после воспоминаний.

- Воспитывайте себе подобных так, чтобы они не мешали нам жить, - бросила она, разворачиваясь на каблуках и не дыша, сделала шаг в сторону. Уйти первой, высоко поднять голову и не показывать следов от ногтей на ладонях. Постепенно выдыхая страх, Дурсль ускорялась на каблуках. Те стучали по гравию сильнее, чем, казалось бы, должны были. Любопытство распирало обернуться и проверить, не пошли ли оба мага за ней. Но здравый смысл подсказывал, что у них есть дела поважнее. Возможно, отстранить девчонку от занятий, изъять ее палку. Только сейчас Петуния с горечью осознала, что могла бы подстроить нападение. Тогда бы этой дурочке было тяжелее объяснить свое присутствие на территории магглов.

«Грязный маггл».

Дурсль все же обернулась, надеясь, что позади никого нет. Оказалось, что она не прошла так много, как надеялась. Обе фигуры все еще виднелись. Несмотря на прохладу, Пэтти не хотела прикасаться с испачканному пальто, чтобы запахнуть его. Голова болела от недовольства и досады. В мыслях возникали новые слова, которыми следовало осадить девчонку. Когда в лицо подул холодный поток воздуха, Петуния все же остановилась, спотыкаясь.

- Черт, - прошипела она, пытаясь сдвинуть ногу с места, но замечая, что шпилька попала между кирпичами дорожки. Выпрямившись, девушка попыталась успокоить недовольство. Недовольство всем: начиная от того, в каком положении оказалась посреди ночи, заканчивая тем, что какая-то ведьма поспела ее уронить, а потом еще и оскорбить. Последние годы она пыталась нести звание «маггла» более осознано. Уговаривала себя, что это почетно, что это правильно. Только так Петуния сможет быть счастливой и правильной. Но, кажется, ничего не получалось. Берет потерялся, сыр помялся, а теперь туфли, кажется, испорчены. Дорогие туфли, на которые она копила три или четыре зарплаты, отказывая себе в лишней бутылке молока.

Очередной порыв ветра, и Дурсль поежилась. Неприятное ощущение. Недовольство резко сменилось тоской. Тоской по тому теплу, которого не доставало. Пэтти провела ладонью по животу, чувствуя себя крайне подавлено. Ни с того ни с сего. Каблук все еще мешал двигаться дальше, но это больше не волновало девушку. Она облизала пересохшие губы, шепча проклятие. Проклиная весь мир, но в первую очередь магию, Петуния резко дернула ногой.

Она никогда не видела дементоров. Лишь слышала о них, знала, как те выглядели, потому что именно они следят за порядком в тюрьме для волшебников. Пэтти посмотрела на девчонку и мужчину, которые не замечали ничего.

+3

7

Орион смотрит пристально, вдумчиво, ему кажется, что невежливо так шумно вести себя на улице. Сразу хочется сделать замечание и напомнить про правила поведения, но это его не касается, верно? Мужчина отвлекается мыслями на родной дом, где его ждет супруга. Желаемого тепла он вряд ли получит когда-либо, но ее лик куда милее других. Блэк осознает, что слишком долго смотрит в пустоту, но внезапно слышит обращение.
- Доброго вечера, мистер Блэк. - Орион удивляется, но ловко скрывает это, разглядывая собеседницу, которая демонстрирует знания этикета. Значит она тоже волшебница, в отличие от другой девушки, которая выглядит иначе. Блэк пытается всмотреться в ее лицо, попытаться узнать, но тщетно. На ум ничего не приходит, а это значит, что перед ним была девушка нечистой крови.
- Мистер Блэк? Вы что забыли, где ваше место? - Орион удивляется снова, уже более заметно. Он понятия не имеет кто они, обеих не знает, но они знают его. Этому удивляться не стоило, ведь он Блэк, правда? Но ему понятно, почему его знает маленькая волшебница, но маггла? Может быть она чья-то родственница? Или может быть она знакомая Сириуса? Это логично, ведь он так любит эти отбросы общества. - Она угрожает мне своей палкой и зовет грязным магглом. Что Вы делаете с такими? Я слышала, сажаете в Азкабан.
- У Вас слишком длинный язык, мисс, - чеканит он строго, хмуро смотрит на девушку, но ничего не предпринимает. Понимает, что она простая смертная, никчемная маггла, которая даже ответить ему не сможет. Орион считает себя благородным и более чем аристократичным, чтобы нападать на безоружную девушку, которая возвращается домой с покупками. Вопреки многому, Блэк не стремится уничтожить всех магглов или магглорожденных. Он разделяет взгляды жены и своей семьи в целом, но это не означает, что он станет марать руки о них и самостоятельно делать что-то. Для этого есть те, кому нечем заняться и хочется показать хоть кому-то свою преданность. Языкасная маггла напорется на возмездие и будет наказана сполна обязательно.
Магглы совсем обезумели, хватают детей за руки и угрожают. Они хуже, чем домовики.
- Вежливее, мисс, - строго обрывает Орион незнакомку, которая так дерзко отзывается о незнакомой ей даме. - Не стоит уподобляться магглам, это не красит Вас, - добавляет он мягче, но все так же строго и спокойно. Блэк привык воспитывать разговорами, объяснять что-то. У него было два сына, которым нужно было вложить в головы правильные знания, чтобы жизнь их складывалась удачно.
- Дорогуша, Ваше место в Хогвартсе и на защищенных территориях Лондона. Тут живут нормальные люди, которым ваши фокусы не сдались. Таких животных, как Вы, держат подальше от нас, милочка.
Орион морщится, но считает выше своего достоинства реагировать на подобное. Ему хочется одним легким взмахом волшебной палочки показать этой выскочке на что они, волшебники, способны и как ничтожны подобные ей. Но Блэк сдерживается, ему не хочется пачкать руки и идти на поводу у провокаторши, которая так истерически отзывается о них.
- Вежливее! - он только повышает голос, не хочет казаться слишком грубым, но ему категорически не нравится, как незнакомка разговаривает. Она слишком многое знает и позволяет себе. Его уже не удивляет, что ей известно про школу. Раз знакомо его имя, значит и о магии она наслышана, а ее резко негативное отношение к ней только подтверждает мысль о родстве или близком знакомстве с кем-то из мира волшебников.
- Воспитывайте себе подобных так, чтобы они не мешали нам жить.
Он пристально смотрит ей в спину, пытаясь понять, как же Сириус мог дружить с такими. Но это невозможно, верно? Он не мог общаться с наглыми и высокомерными отбросами, разве что назло родителям. Орион верит, что старший сын, пускай покинувший их семью и навлекший на них несмываемый позор, тем не менее держится в стороне от такого рода унижений. Невыносимо мерзко смотреть на это лицо, перекошенное от ненависти и злобы. Она считает, что поступает правильно, да? Но ведь это не так. Орион понимает, что не в праве учить ее жизни, незнакомую ему девушку, но он может преподать ей урок вежливости. Но он ничего не делает. Более того, он протягивает руку и опускает палочку девочки вниз, не давая ей воспользоваться магией.
- За пределами школы запрещено колдовать, - напоминает снова строго, словно ему есть до нее дело, но ведь обязанностью каждого волшебника является соблюдать правила их мира, не нарушать свои законы, иначе какой в них смысл, верно? Ему не хочется объяснять элементарные вещи и тратить на них время, но он понимает, что без этого никак не обойтись. - Позволю себе поинтересоваться, почему Вы, юная леди, не в школе в такое время? - Орион спрашивает вежливо и сдержано, не роняет лицо, помнит о правилах. - Полагаю, если Вы "потерялись", - он произносит это слово с нажимом, подчеркивая возможность побега юной волшебницы, - то я могу помочь Вам вернуться в замок. - Несовершеннолетние волшебники не имеют права колдовать и не умеют аппарировать сами, значит девочке понадобится помощь. Это будет хороший жест, что выставит Блэка в лучшем свете, как заботливого представителя чистокровного рода. Он помнит, как важно очистить репутацию семьи после нескольких неудач. Ему не хочется казаться грубым и отсылать девочку одну, его долг позаботиться о юном даровании, чтобы обезопасить ее от невежества магглов, но Орион замирает, поворачивая голову в ту сторону, куда ушла другая незнакомка. Ее фигура все еще различалась, но внимание Блэка привлекло нечто другое. Он хмурится, узнавая неприятный холодок, коснувшийся его спины. Пальцы сами сжимают артефакт, но он бесполезен. Темные искусства не даром зовутся так. Они разрывают душу, мешая добру делать свое дело. В книгах говорилось, что Патронус - это защитник волшебника, но был случай, когда темный маг погиб, не сумев сбалансировать добро и зло. Орион не собирается рисковать и погибать так глупо. Еще и сердце снова беспокоит, покалывая так не вовремя. Мужчина смотрит вперед, стараясь различить причину своего недовольства, но знакомых противников нигде не видно. Они лишь ощущаются и Орион понимает, что нет времени. - Мисс! - он зовет магглу, понимает, что она знает достаточно, чтобы понимать в чем дело, а он не хочет стать сотрудником министерства, который допустил подобное. Он взмахивает артефактом и заклинание бросает девушку прямо ему в руки. - Прошу прощение, - холодно произносит он и хватает ее за руку, спеша увести подальше. Берет за руку и вторую, вместе они почти бегут, но холод усиливается, а значит враг близко. Орион уже видит края плащей, стоит ему обернуться и ускоряет шаг. Никто из них не в силах одолеть дементоров, можно лишь убежать, но как это сделать?

Отредактировано Orion Black (2018-10-14 00:01:40)

0


Вы здесь » | Three Generations: I would rather die | » Хроники Хогвартса » Different people - same issues © [1981, November]