Danger hides in beauty and beauty in danger © [1981, November]
» Leonard Ross — 16/01/2019

You smile like you've been told a secret [1981, November]
» Pansy Parkinson — 18/01/2019

Where there’s a will, there’s a way [1998, May]
» Damian Dolohov — 18/01/2019

When it rains, it pours, right? [1981, November]
» Grace Swan — 18/01/2019

The day when Mungo fell, p.2 [1981, November]
» Teddy Lupin — 18/01/2019

Searching for a place that I have left behind © [1998, May]
» Lily Luna Potter — 20/01/2019

Make or mar © [1981, November]
» Regulus S. Black — 20/01/2019

It takes madness to find out madness © [1981, November]
» Ariana Dumbledore — 21/01/2019

Seems the monster always wins © [1981, November]
» Frederic Aria — 22/01/2019

Death pays all debts © [1981, November]
» Amy Carter — 22/01/2019

Family means no one gets forgotten © [1981, November]
» Rhea Chase — 24/01/2019

Caution is the parent of safety © [2023, October]
» Aurora Sinistra — 24/01/2019

Be my hero, mother © [1981, November]
» Orion Black — 25/01/2019

Don't believe everything you think © [1981, November]
» Lily Potter — 25/01/2019

Humble your fate © [1981, November]
» Bellatrix Lestrange — 25/01/2019

The day when Mungo fell, p.1 [1981, November]
» Alexander Karhy — 26/01/2019

A little magic can take you a long way [1981, November]
» Dorcas Meadowes — 27/01/2019

Ministry of Magic has no rights, p.1 [1981, November]
»Alice Longbottom — 28/01/2019

What brings you all here? [1981, November]
» Hestia Jones — 30/01/2019

Time heals all wounds © [1998, May]
» Hestia Jones — 30/01/2019
Первым делом после переезда она перекрасила волосы в темный цвет. Как бы то ни было, Джейн не представляла, что с ней сделают здесь, если вдруг узнают, что она мало того пришла из другого мира, так еще и скрывалась все это время, наблюдая за тем, как товарищи и коллеги гибнут. Тяжелее всего было с Лонгботтомами, к которым Освин и могла бы зайти, но боялась. Грэхам уверял, что документы абсолютно легальны, и она - единственная в своем роде Джейн Освин.
0735 0280
0660 0750
ссылки
ссылки
игровое время:
2023/17/10: вторник
1998/8/05: пятница
1981/2/11: понедельник

| Three Generations: I would rather die |

Объявление


Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » | Three Generations: I would rather die | » Хроники Хогвартса » A little magic can take you a long way [1981, November]


A little magic can take you a long way [1981, November]

Сообщений 1 страница 3 из 3

1

https://66.media.tumblr.com/a45f58134fd7c0bde21f4094f0ceb38d/tumblr_or1pfnkxew1uocsx1o1_400.gif

Время и дата:
2 ноября 1981 года, 3 часа ночи;

Место:
Сначала Хогсмид, потом Запретный лес;

Участники:
Dorcas Meadowes, Marlene McKinnon;
Описание:
Обе спаслись с помощью порталов, шагнули вперед во времени, и им определенно есть, о чем поговорить.
Правда появится ли у них возможность, ведь вокруг лишь лес и один работающий портал?

0

2

Дополнительно: аврор, член ордена феникса, 21 год.
Внешний вид: черное пальто, темно-зеленое платье, сапоги и небрежная укладка.
Состояние: удивленное и взбудораженное.
С собой: волшебная палочка, мелочь в правом кармане и носовой платок.


Понимание того, что все самое хорошее, что у тебя есть — это мысли и мнимый вымышленный мир фантазий в лобной доли твоего мозга, где всегда светло, тепло и уютно, где все именно так как ты хочешь, медленно разрывает на куски. Разрывает на миллиардные атомы, разрывает изнутри, вонзаясь острым клинком в грудную клетку, выворачивая наизнанку. Каждый раз перед сном, закрывая глаза, ты пытаешься придумать все новые и новые варианты развития самых разных и несхожих событий. Да, например, сегодня в тебе кто-то забывается, а в ответ ты тлеешь в самых нежных и робких прикосновениях, чувствуя хриплое ледяное дыхание на своей тонкой и бледной коже. Ты гладишь кому-то волосы, запуская в них свои стеклянные пальцы, они утопают в них, словно в песке, словно в воде. И ты знаешь устрашающую правду; будь это реальностью, ты бы делал это на протяжении целой вечности. Но завтра все изменится. Завтра ты будешь робко трогать чьи-то родинки, что так похожи на раковые созвездия на чьем-то теле, а тебе в ответ, при свете самого яркого зимнего солнца будут пересчитывать четыре отдела позвоночников, слышать в твоем тихом голосе новые аккорды и записывать их в нотную тетрадь, а потом глубокой ночью под звуки метели, играть самые прекрасные сонаты в твоей жизни. В этом мире ты если захочешь, то даже сможешь чувствовать его сердцебиение на своей груди. И так много хочется сделать в своей реальности, но не можешь, потому что вместо этого ты забываешься в своих фантазиях, концентрируясь на мыслях о том, как неразрывно и неделимо был привязан к кому-то. К кому-то, кто позволил твоему мозгу взять верх над тобой, и ты отдал всего себя этим чувствам, чувствовать которые ты давно себе запретил. Но когда-то, ты все равно захочешь или тебе надо будет возвращаться в реальность. И на пороге этого мира тебя поджидает нечто другое. Ожидание чего-то, чему никогда не суждено сбыться и слепая надежда, что постепенно кто-то вечно будет высасывать из тебя все живое, оставляя после себя мертвый и сгнивший изнутри труп, подходящий только по медицинским параметрам под описание живого человека. И со временем ты понимаешь одно. Убивает не само падение, а приземление на твердый и кафельный пол реальности, что окружает каждого из нас. 
Да, жизнь не поэма и не сказка. Мы не можем по волшебному щелчку пальцев превратить пасмурное цианидовое небо в голубое море с ярким отблеском солнца, не можем сделать из зимы весну. Мы не можем зажечь чье-то сердце в холодный вечер, потому что огонь твоей внутренней спички слишком слаб и не ярок, а ее основание слишком хрупкое и ломается сразу же при первой попытки сделать эту маленькую и трогательную вещь. Но сердце будет постепенно, медленно заживать после многочисленных ударов ножом под ребра, но, увы, ты никогда не сможешь избавиться от тяжелых ран и плотного слоя грязи с гнилой плесенью, что покрыли сердце изнутри. Мы не сможем спеть песню утром на балконе прилетевшим птицам, а затем, испытав все признаки и прелести боли получить то, чего так трепетно ожидаем. Мы не получим счастливого конца. Единственная схожесть нашей жизни со всеми этими сентиментально-сопливыми историями, что в нас так рьяно пичкали в детстве в том, что все идет так, как должно быть. Все делится на плохое и хорошее. На светлое и темное. На добро и зло. Жизнь — это не сказка. Жизнь — это грязный роман Буковски. Точка.
Мысль о том, что она могла расстаться с жизнью совсем недавно, не радует, а напротив, нагоняет тоску и печаль. Эти чувства обвивают ее худые плечи, въедаясь щупальцами в ключицы. Она ошарашенно смотрит по сторонам, изучает людей, которых не должно было быть, как и ее самой. Встречается взглядом с Лили, затем переводит его на Джеймса. Ей страшно представить, что могло бы произойти, если бы не портал. Конечно, она предполагает, но уж лучше так, чем наоборот. Чем умереть, не прожив и половины жизни. Умереть, не построив семьи и какого-нибудь счастья. Умереть в одиночестве. Встретившись взглядом с Рэмусом, Доркас тут же опускает глаза на деревянный пол в Норе. Слушая разговоры в пол уха, Медоуз поняла, что появилось четыре портала, которые необходимо было охранять от незваных гостей. Сейчас идет режим повышенного контроля за ними и девушка сразу же предложила собственное участие в этом. Ей было необходимо развеяться, переварить полученную информацию от Альбуса Дамблдора и остальных членов Ордена Феникса. Необходимо осознать, что Рэмус является оборотнем и сохранить его тайну. Необходимо просто подышать свежим воздухом и принять тот факт, что она жива и живы ее друзья. — Профессор Дамблдор, позвольте вызваться патрулировать Хогвартс. В данный момент это место находится в опасности без должного контроля. — Доркас смотрит на профессора и получает утвердительный кивок.
Разумеется, защита школы стоит на первом месте. — говорит Альбус и переводит взгляд на Марлин МакКинон, давнюю и близкую подругу Медоуз. — Составишь ей компанию?
Брюнетка сразу расплылась в улыбке, смотря на Марлин, пусть находилась она на другом конце комнаты, ей было только в радость отправиться на патрулирование с девушкой. Ведь ей она может доверить свою жизнь и не бояться, что это может быть не взаимно. Попрощавшись с друзьями и остальными членами Ордена, Доркас вместе с Марлин молниеносно трансгрессировали в Хогсмид.
Воспоминания о школьных временах накрыли Доркас с головой и невольно, она начала вспоминать как она вместе с девочками в «Трех метлах» попивала сливочное пиво или как забегала в «Сладкое королевство» за разнообразными вкусными сладостями, которыми обязательно делилась с соседками по комнате. Обучение в Хогвартсе было самым лучшим временем в жизни Доркас, она с трепетом вспоминала о нем, лелеяла его и искренне хотела вернуться назад. Ведь тогда не было Темного Лорда, не было Пожирателей Смерти, не было смертей на каждом шагу, был просто мир и спокойствие, о котором мечтают все.
В Хогсмиде было тихо и спокойно, казалось, что это место не тронула новость о порталах. И это, возможно, даже к лучшему. Сжимая в руках палочку, девушка съежилась в пальто, подул северный ветер. — Я не могу поверить, что все это правда. — она смотрит на блондинку и грустно усмехается. — Это, наверное, невозможно.

+1

3

Дополнительно: 22 года, аврор, спасена благодаря порталу;
Внешний вид: кожаная черная куртка, черные джинсы, кеды, помята;
Состояние: растерянное, хмурое;
С собой: волшебная палочка.


Ее еще немного потрясывало — наверное, нервы. Куртка не спасала от холода, но ветра, кажется, и не было. Что внутри, что снаружи зияла пустота, дыра, питающаяся всем, что находилось вокруг.
Мирно спящие дети Уизли и понятия не имели, что только что произошло на их кухне. Несколько миров одновременно воссоединились и разрушились вдребезги. Осколки попали под кожу, яростно устремляясь по венам, куда-то туда, где можно наконец остановиться. Может, они и не хотели причинять вреда, лишь подчинялись обстоятельствам или даже требованиям. МакКиннон могла бы обвинить во всем судьбу или удачу, но какой был в этом смысл.
Осела на стул, не представляя, как земля может продолжать крутиться, не обращая внимания на то, что происходило в самом центре. Боль, отчаяние, несправедливость: все это смешалось вместе, успело задеть острые углы и оставить после себя громкое ничего.
Часы мирно тикали; они висели на стене, чуть выше раковины, в самом доступном месте. С любой точки кухни можно было заметить необходимые стрелки, показывающие, что происходит с одним или другим членом семьи. Большинство из них остановились на отметке «сон».
Когда МакКиннон в последний раз спала? Устало прикрыла глаза, благодарно кивая Уизли. Молли крутилась, как белка в колесе, но только потому, что по-другому не умела. Она теперь была ответственна не только за себя и мужа, но и за детей. Наверняка это давило не только на совесть, но и на осторожность. Удивительно, что Уизли пустили Орден в свой дом в такой ситуации. Марлин вновь огляделась. Сердце защемило от жалости. От жалости ко всем, кто находился здесь и не заметил, что этот мир только что оказался обречен.

Еще недавно была надежда. Маленькая крупица света. Нужно было просто помочь ему разгореться сильнее; не сдаваться и не унывать, как это делали многие, не выбирать легкий путь. Зачем-то и для чего-то идти вперед. Только оказалось, что найти мотивацию не так уж и просто. Пара стопок настойки не справлялась с этой задачей, а Марлин никак не могла отделаться от головной боли. Сердце ныло — неприятно, резко и ритмично стоило только вдохнуть воздуха. Пахло гарью, но МакКиннон знала, что это лишь ее фантазия, плохо запрятанные воспоминания.

О Маккензи никто не слышал, а спросить у Лонгботтомов не хватило времени. Да и вряд ли она побежала бы к ним, разве что к Августе. Стоило добраться до нее и предупредить, чтобы была в курсе случившегося. Правда одним письмом объяснений вряд ли обойдешься. МакКиннон встала, пошатываясь, скорее от усталости, чем от количества выпитого согревающего зелья. Кухня уже давно опустела, замолкла, и Молли встревоженно копошилась у стола. Марлин даже не смотрела на то, чем та занимается, чтобы ненароком не нарваться на разговор. Это последнее, на что девушка сейчас была способна.

Сердце ныло, тянуло болью вниз, требовало что-то делать, но здравый смысл останавливал. Ничего не изменишь. Порталы работали, но никто не подозревал, каким образом. МакКиннон потратила несколько минут, чтобы собраться с мыслями. Его имя все никак не хотело всплывать в голове, а она целенаправленно бежала от этого момента. Думать о нем, вспоминать улыбку, слышать его голос и знать, что этого больше не повторится, больнее, чем любое непростительное заклинание. Осколки этого мира все еще блуждали под кожей, а девушка попрощалась с Молли. Никогда еще прощание не было таким сухим и, грубо говоря, не нужным.
Он говорил, что у них ничего не получится, но нельзя переставать пытаться. Просто потому, что другого они не умеют. Не научены и не приучены. Тратить время на изменение жизни было так же глупо, как надеяться, что рано или поздно солнце взойдет достаточно высоко, чтобы выжечь зло из Англии.
Он говорил, что все это не имеет смысла, в то же время насыщая жизнь МакКиннон той самой надеждой. Она не думала о будущем, не думала о временах, когда они смогут самостоятельно планировать расписание на день. Ей было комфортно в той жизни, где они зависели от обстоятельств ровно на столько, на сколько это было необходимо.
Теперь же его нет. Он ушел, отправился вслед за ней, хотел, наверное, отомстить. МакКиннон не понимала, зачем, хотя, возможно, поступила бы так же. Какой смысл в этом течении жизни, если рядом не было того, кто так же безмятежно говорил об обреченности? От подобных разговоров становилось спокойнее, будто бы надежда все же была, они за нее цеплялись, правда не хотели сглазить.

Марлин вышла из камина миссис Лонгботтом. В доме было тихо. Наверное, решение было скверным: в Лондоне творился беспорядок, а ночью дом должен был быть защищен. Девушка прошла вглубь, наощупь зная, что и где находится. Ей не раз приходилось возвращаться сюда, чтобы забрать малышку домой. В этот раз на мгновение понадеялась, что Кензи выбежит из прихожей, но тишина непозволительно громко кричала об обратном.
МакКиннон не стала тревожить миссис Лонгботтом. Оставила лишь записку на столе, в надежде, что та прочитает ее с утра. Им нужно было уходить из этого дома, желательно быстрее. Об этом девушка тоже написала, подумав, что стоит предупредить и Алису, но та была на задании.

Сердце больше не сжималось, как затронутое одним из заклятий. В этом не было смысла. Руки опустились, не хотелось бороться, но задание Альбуса все еще звучало в ушах. Марлин не хотела, не думала, что надо, но все же вновь заступила в камин, чтобы выйти в Дырявом котле. Плечо больше не болело, и трансгрессия не принесла столько дискомфорта, сколько могла. Хотя неприятное ощущение во рту все же заставило замедлить шаг. Терять сознание в Хогсмиде МакКиннон не хотела, тем более на глазах у Медоуз, стоявшей неподалеку.

Кажется, та еще не знала или не слышала, и Марлин постаралась расслабиться. Говорить не хотела — просто не могла. Слова не складывались в предложения, а их смысл не отражал и капли того, что нужно было сказать.
Я не могу поверить, что все это правда.
На мгновение МакКиннон подумала, что Медоуз говорит о нем. Ведь мысли сейчас крутились лишь вокруг одной фразы: «обречены».
Это, наверное, невозможно.
Запоздало оглядевшись вокруг себя, она сухо кивнула, перебирая артефакт пальцами. За последние сутки Марлин успела столкнуться со столькими врагами, что предстоящее, как многие говорят, сражение ее вовсе не волновало. Она бы лучше потратила часы на поиски Кензи, но слепые прогулки по Лондону принесли бы столько же пользы, сколько скитания по пепелищу их дома. Малышка была умна и должна была отправиться туда, где ей точно помогут: либо дом Августы, либо Хогвартс. Но она не знала, как добраться до волшебного замка… Значит, оставалась еще его квартира. МакКиннон дернула плечом, отгоняя от себя всякие воспоминания.

Наверное, стоило что-то ответить. Девушка посмотрела на Доркас, стоявшую на месте. Хогсмид оглушал тишиной, вдали где-то горели башни Хогватса, но ощущение возвращения домой погасло под осознанием всей ситуации. Хотелось куда-то сбежать, наверное, на его поиски, но разум подсказывал, что это глупо.
— Возможно, мы просто спим, а это очередная иллюзия или что-то подобное, — ответила Марлин, пожав плечами. Она не могла с уверенностью сказать, что нынешняя реальность единственная в своем роде, к тому же и верная. Может, и правда они уже давно проиграли, а это просто наказание, которое Лорд к ним применил. Внушил необходимость бороться за мнимое доброе.
— Да я и сама не верю, — рассеянно добавила МакКиннон, останавливаясь рядом с Медоуз. Они прошли не так далеко, оказавшись рядом с некогда популярными и слишком шумными заведениями. В выходные тут тяжело было протиснуться ко входу, не то что к прилавку. С сожалением девушка посмотрела на плотно закрытую дверь.
— Аберфорт в Хогвартсе или же в пабе, но, наверное, не стоит раздражать его еще больше. Можем отправить Патронуса, что в случае чего, мы тут и сможем помочь, — предложила Марлин, формируя мангуста. Тот получил послание и отправился в сторону паба. МакКиннон вздохнула и посмотрела на Медоуз.

За последние сутки столько всего произошло, что не хватало времени банально остановиться и подумать. Последнее Марлин и сама делать не хотела, потому что не видела в этом смысла. Доркас выглядела уставшей, измотанной, испуганной. Все знали, как сильна она, сколько может сделать. Может, поэтому в тот день оказались не подготовлены к плохой новости. Никто представить не мог, что Медоуз не сможет отбить атаку. Сама МакКиннон не раз задумывалась о том, что опасность ее друзьям не настолько высока, как у обычных жителей Англии. Наверное, это было главной ошибкой. Переоценить удачу, понадеяться на навыки и забыть о случае.
— Что ты помнишь о том дне? — наверное, стоило спросить мягче, улыбнуться, но Марлин не могла. Она не знала, что известно Доркас о Карадоке, поэтому старалась отложить этот разговор как можно дальше.
— Я имею в виду твой день, не мой, — с подобием улыбки добавила МакКиннон, сообразив, что пропала раньше Медоуз.

0


Вы здесь » | Three Generations: I would rather die | » Хроники Хогвартса » A little magic can take you a long way [1981, November]