«хроники хогвартса»
список должников
чья очередьдата последнего постаназвание эпизода
Scorpius H. Malfoy 2017-02-28 Who likes it hot? [1996, August]
Scorpius H. Malfoy 2017-05-04 A friend in need is a friend indeed © [1981, November]
Claire Rutherford 2017-05-07 From bad to worse © [1981, November]
Claire Rutherford 2017-06-19 Once you really get into trouble [1981, November]
Lily L. Potter 2017-07-04 Forewarned is forearmed © [1998, May]
Lord Voldemort 2017-07-21 Dancing with the Death [1981, November]
Jennifer Gascoigne 2017-07-23 It's all about saving lives © [1998, May]
Jonathan D. Selwyn 2017-08-11 Obey your Master [1981, November]
Christina Tudor 2017-08-26 The forest is dark and full of terrors [1998, May]
Katherine Adderly 2017-08-27 Walk through the fire [1981, November]
Peter Pettigrew 2017-09-13 Catch me if you can © [1981, November]
Jonathan D. Selwyn 2017-09-12 Cause darling I'm a nightmare dressed like a daydream [1981, November]
Silas Nicholls 2017-10-30 Ask no questions and hear no lies [1981, November]
Albus S. Potter 2017-11-02 I will change you, I will break you down [1981, November]
Margaret Fawley 2017-11-03 No time for games © [1981, November]
Veleda Brustie 2017-11-07 Weird day, weird night, weird life [2023, October]
Norah Drake 2017-11-09 Where there’s a will, there’s a way [1998, May]
Antonin Dolohov 2017-11-13 Give up! [1981, November]
Gregory Goyle 2017-11-15 Еще глоток, и мы горим [1998, May]
Abraxas Malfoy 2017-11-16 Child has the right to be protected within the family [1981, November]
Evan Rosier 2017-11-21 Hard times always reveal true feelings © [1981, November]
Penelope Clearwater 2017-11-22 A woman’s work is never done [1981, November]
Severus Snape 2017-11-26 Audiatur et altera pars [1981, November]
Patrick Rutherford 2017-11-27 After a storm comes a calm... or not? [1981, November]
Walburga Black 2017-11-27 They are not as black as they are painted [1981, November]
Remus J. Lupin 2017-11-28 I feel like a storm is coming © [1981, November]
Regulus S. Black 2017-12-08 I wanna do bad things with you © [1981, November]
James Potter 2017-12-09 No rest for the wicked © [1981, November]
Marlene McKinnon 2017-12-09 Sometimes it's better not to know © [1981, November]
Patrick Rutherford 2017-12-10 Our last goodbye was never said © [1981, November]
James Potter 2017-12-10 Who will tell the story of your life © [1981, October]
Elizabeth Aria 2017-12-11 Can we be a family? [1981, November]
Dorcas Meadowes 2017-12-11 Everyone you'll ever meet knows something you don't © [1981, November]
Harry Potter 2017-12-11 Compromise - is not an act of weakness [1981, November]
Sirius Black 2017-12-15 A problem is only as big as you make it © [1981, November]
Three Generations приветствует вас! Не сидите в гостях, проходите, чай-кофе? - регистрируйтесь.
ЛУЧШИЙ ПОСТ
Scarlett Fawcett
Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP
Наша группа в VK
Порталы активированы, все разбросаны по временам. Есть ли шанс выжить и спасти своих родных? Или все это зря?

2023 год - 16/10, понедельник;
1998 год - 7/05, четверг;
1981 год - 01/11, воскресенье.
ЛУЧШИЙ ИГРОК
Alice Longbottom



85



20



125



130

ЛУЧШАЯ ПАРА
Evan Rosier & Scarlett Fawcett
ЛУЧШИЙ ТАНДЕМ
Henry Chinaski & Gregory Goyle
ЛУЧШИЙ СЮЖЕТ
After a storm comes a calm... or not?
ЛУЧШИЙ ЭПИЗОД
Dinner is better when we eat together ©

| Three Generations: I would rather die |

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » | Three Generations: I would rather die | » Маховик времени » Tale as old as time © [1981, November]


Tale as old as time © [1981, November]

Сообщений 1 страница 14 из 14

1

http://sf.uploads.ru/oIgb6.gif

http://sd.uploads.ru/tSzDP.gif

evil isn't born, it's made. © regina mills

Время и дата:
1 ноября 1981 года, позднее утро;

Место:
Площадь Гриммо, библиотека;

Участники:
Rose Weasley, Albus S. Potter;
Описание:
«We've got troubles?» — «Yes». — «But you're still here». — «Yes. Of course. Did you expected something else?» — «No. But I'm glad you still here». — «You're so silly sometimes, Potter. This troubles not so great to make me go away. There is no any troubles in this world to make me go away. And you should know it».

Когда первые впечатления схлынули, перестав путать мысли, а разборки – завершены, самое время спокойно поговорить, ведь так?
Освободившись от всех возможных отвлекающих факторов, Роза направляется в библиотеку, из которой, по всем полученным сведениям, Альбус пока что так и не выходил. Чтобы «спокойно поговорить», чтобы, возможно, пожаловаться на Гермиону. Чтобы утихомирить собственное волнение.
Ну, и заодно накормить так и не вышедшего к общей трапезе Поттера. А то пора бы.

0

2

Внешний вид: клетчатая рубашка (цвета чёрный и тёмно-красный), чёрные джинсы, серые кроссовки. Волосы самую малость растрёпаны.
Состояние: сначала несколько взволнованное, а потом - умиротворённо-добродушное
С собой: ВП в кармане, поднос с тарелкой сандвичей и чашками с чаем

На то, чтобы добыть себе разрешение войти в библиотеку, потребовалось не так много времени, как Роза ожидала. На самом деле, вообще почти не потребовалось. Пожалуй, это вполне можно считать удачей.
Особенно – после всего того, во что Уизли уже успела вляпаться, начиная с подслушанного разговора в учительской. Впрочем, такой вариант развития событий всё равно лучше, чем если бы она ничего не знала. Так казалось самой Роуз, хотя вполне может быть, что всему было бы куда как полезнее сложиться иначе.
Но всё получилось так, как получилось, назад уже не отмотаешь (хотя, учитывая теперь все эти порталы...), и вот теперь, благодаря всему этому случившемуся, гриффиндорка идёт по коридору со стащенным с кухни подносом, на котором стоит тарелка сандвичей и две чашки с крепким зелёным чаем. Можно было бы взять кофе, но у рыжей настроение было неподходящим, а Ал своего веского слова сейчас сказать не мог, так что пусть будет. В крайнем случае, заклинания трансфигурации никто не отменял, правильно? Правильно.
Кое-как, с трудом, но с самой сложной на данный момент задачей Роза умудрилась справиться: повернула дверную ручку. А затем, толкнув дверь коленкой (дай Мерлин, чтобы никто из хозяев дома не заметил и не узнал, а то потом ей окончательно мозги выгрызут же), проскользнула внутрь. Закрыла несчастную дверь почти тоже ногой, потому что поднос всё-таки двумя руками держать нужно – а можно было бы его пролевитировать, кстати, а она об этом не подумала даже, вот ведь, – но и отрезать это помещение от всего остального дома как-то очень уж сильно хотелось. А возвращаться потом обратно к двери – слишком много лишних телодвижений.
Правда, только потом девушка заметила, что Альбус, вообще-то, спит, удобно устроившись в кресле и накрывшись раскрытой книгой. Хорошо, что стук дверей его не разбудил: Поттер выглядел слишком умиротворённым, чтобы прерывать его путешествие по царству Морфея. Во всяком случае, точно не таким грубым образом.
Поэтому к ближайшему столу Роуз подошла тихо, чуть ли не на цыпочках. Осторожно, чтобы не звякнуть ничем, опустила поднос на столешницу, а потом, чувствуя, как губы сами собой растягиваются в улыбку, всё так же тихо подошла к креслу.
Да уж, спящий Ал – чертовски милое зрелище. Во всяком случае, ей казалось именно так. Хотелось тут же сгрести слизеринца в объятия и не отпускать. Сейчас это желание было в несколько раз сильнее, учитывая все... обстоятельства. Начиная с глобальных проблем и заканчивая тем, что он уже успел найти на свою патлатую голову.
Однако, пусть отчасти Уизли и хотела поговорить, целенаправленно будить юношу всё ещё не хотелось. Поэтому она выбрала средний вариант: вытащив у него из пальцев книгу и отложив её на соседнее кресло, присела на подлокотник, затем ласково погладив Альбуса по волосам. Проснётся – хорошо, не проснётся – тоже хорошо, Роуз совсем не против посидеть вот так вот, пока он не отоспится. Благо, они в библиотеке, причём очень даже немаленькой, тут точно найдётся, что прочесть.
Хотя сейчас, несмотря на всю любовь к книгам в частности и знаниям в целом, Ал всё равно перетягивал всё внимание на себя.

0

3

Внешний вид: рубашка в клетку, брюки 
Состояние: спросонья, довольное
С собой: ВП, книгу с носа утащили

Занять мысли чем-то необходимым – это так по-альбусовски, если честно: делать что угодно, лишь бы не возвращаться в уме к другой, снедающей изнутри, проблеме, будь то перерывание литературы в поисках неизведанного, поиск идеально-симметричного цветка среди сотен его собратьев, или очередная «игра» с реактивами, в ожидании нужной реакции, оттенка или запаха. Не все, правда, находят темп юноши подходящим для себя. Нерисса, вон, продержалась не так уж и долго рядом с самозабвенно копающимся в книгах слизеринцем – то и дело зевая, она вскоре пожелала ему спокойной ночи (утра?) и потопала досыпать положенные предутренние часы. Сам же Поттер не мог оторваться от своей работы, умудряясь одновременно смотреть в несколько книг и что-то черкая в тайком утащенном из 1998-го года блокноте. Время от времени мелькали мысли, что теперь, кажется, он знает об оборотнях все, что возможно (естественно, в теории), и на губах Ала появлялась слабая улыбка, мол, осталось все только на практике проверить, через две недели-то – если доживет, ситуация в мире неспокойная ведь.
Но никакая ликантропия («без году неделя, ага») не сможет стать помехой, когда утомленный организм требовал отдыха. Так, проиграв неравный бой с закрывающимися веками, парень банально уснул, все так же сжимая в руках книгу и отворачиваясь от самого яркого источника света – рассвет уже вступал в права, да и горящие магическим огнем свечи в библиотеке затушить было нереально. А так, у него оставался бы хоть какой-то шанс на то, что жалкие крохи сна, которые он попытался выторговать у нового дня, действительно смогут ему помочь выглядеть менее похожим на зомби – не первой свежести, провалявшегося неделю в воде.
Снилась ему, правда, какая-то дичь: большой синий в звездочку кот с длиннющей белой, катающийся на старых качелях – ужасный, ужасный скрип! – увлеченно болтал с этими самыми качелями на гаэльском и одновременно звал Альбуса присоединиться к нему. А когда слизеринец все-таки примостился рядом, он обнаружил, что та часть качели, на которой он сидел, была на самом деле змеей – чернющей, как самая темная ночь, и чертовски ехидной. Покачаться у него не вышло, к тому же «качеля» предлагала дать пинка для ускорения («чем?!»), а кот учтиво интересовался, понравился ли младшему Поттеру прошедший Хэллоуин. Пока парень искал подходящие слова для ответа, откуда-то сверху, от дерева, к которому были прицеплены качели, спустилась огромная густая ветвь и мягко так, нежно принялась гладить его по голове. Не ожидавший ласки, но обрадовавшийся ей – последние пару часов (дней?) были слишком насыщенными, и приятного в них было мало, – слизеринец потянулся к этой странной ветке и… проснулся.
Заморгав от резанувшего по глазам света (прелестная темнота разительно отличалась от утреннего света), он попытался осмотреться, тут же недовольно поморщившись: шея затекла и теперь болезненно ныла, мешая чувствовать себя полноценным человеком, а в голове поселилось небольшое семейство дятлов, методично долбящих клювами по вискам. Однако, то самое осторожное прикосновение к волосам из сна никуда не исчезло, и Альбус поднял глаза, встречаясь взглядом с Роуз.
– Привет, – хриплым со сна голосом произнес он, криво улыбаясь. Девушка выглядела задумчивой, но, несомненно, чем-то довольной, и Поттеру хотелось надеяться, что он отчасти поспособствовал её настроению. – Давно здесь сидишь?

Отредактировано Albus S. Potter (2016-05-11 18:56:00)

+2

4

Ну вот. Проснулся всё-таки.
Улыбка Роуз невольно стала шире, когда девушка ещё раз скользнула ладонью по волосам Поттера, а потом убрала с его лба несколько непослушных тёмных прядей.
— Нет. Буквально только что пришла. Вырвалась из лап матери, — Уизли коротко, весело усмехнулась, — да и не только её.
На самом деле, конечно, всё далеко не так хорошо, как хотелось бы, но в данный конкретный момент не было ни малейшего желания быть серьёзной. Стоило встретиться со взглядом Ала, как волнения и тревоги (между прочим, не безосновательные) отступили на задний план, вытолкнув вперёд себя облегчение и почти что умиротворение. Возможно, не самое подходящее состояние для нынешнего положения вещей, но Роза ничего не могла с собой поделать.
Да и не хотела, если совсем уж честно говорить. Как бы плохо это не было с её стороны.
Казалось, что с их последней спокойной встречи – в Хогвартсе, в Большом Зале, во время обеда, у них как раз не было общих пар, и это изрядно печалило, потому что потом у гриффиндорки было собрание старост, а это откладывало полноценное общение ещё на некоторое количество времени – прошло не чуть меньше суток (если учитывать часы, уже прожитые в прошлом), а несколько лет. Хотя, в каком-то смысле так и было, только время нужно проматывать вперёд, а не назад, и достаточно сильно... Ох, ну все эти размышления о смысле и проблемах бытия, хотя бы ненадолго. Пусть они останутся за стенами вот этой вот библиотеки.
Решив так для самой себя, Роуз склонилась ближе к Альбусу и перешла на доверительный полушёпот.
— Ты не поверишь, как сложно это было. Но я всё-таки справилась! Специально ради того, чтобы снять с твоего носа книжку и притащить тебе еды, между прочим!
На самом деле, в первую очередь – ради того, чтобы удостовериться, что с Алом всё в порядке. И убедить в этом саму себя. И, возможно, самого парня? Если ему это требуется.
Розе – какой-то части её сознания, отвечающей за паранойю и пессимизм, – требовалось, например, и очень. Хотя вот этого – улыбающегося, сонного Поттера – было достаточно для того, чтобы эта самая часть ненадолго заткнулась. Вполне возможно, что даже и не «ненадолго». В конце концов, это же её Альбус. С ним всегда спокойно и уютно. А в таком состоянии нельзя психовать. Правильно?
— Ты выспался, м?
Учитывая позу, вполне есть шансы, что вовсе нет, хотя девушка искренне надеялась на обратное. Тем более, у них обоих есть опыт засыпания в креслах, так что есть все основания надеяться на положительный ответ.
А ещё, раз уж она заявила, что пришла специально, чтобы Поттера накормить, надо бы встать и притащить ему хотя бы один из грустно ждущих на столе сандвичей. Но, опять-таки, рядом с Альбусом всегда было уютно. Вот и сейчас тоже. Тем более, Роуз ещё и пристроилась удобно. Так что вставать и куда-то идти категорически не хотелось. Так что она, возможно, немножко малодушно, решила, что пока останется так сидеть. Пока Ал сам не изъявит желания по... завтракать? Ужинать? Если смотреть по тому времени, которое сейчас, то всё-таки завтракать. Да, определённо. Если термины в данный момент имеют какое-то значение. Хотя, это же Роза Уизли. Ей всегда точность важна. Ну, хорошо, почти всегда... И часто исключением из этого правила как раз становятся ситуации, связанные с одним конкретным слизеринцем.
Которого рыжая всё никак не могла перестать слабо поглаживать по волосам. Благо, он сам не против.

+2

5

Альбус чуть прикрыл глаза, наслаждаясь прикосновениями девушки. Когда у них в последний раз была возможность побыть наедине? И ведь дело даже не в круговерти временных порталов, нет, он понимал, что еще долго не выпутается из всего этого, но вот невозможность банально урвать свои пять минут с Роуз просто убивала: слизеринские подземелья удерживали его, тыкая носом в тысячу и одно незавершенное задание; да и, конечно, обязанности старосты Уизли тоже не способствовали спокойным прогулкам возле Озера или Хогсмида. Каждый раз, когда кто-то из них освобождался, второй тут же оказывался заваленным под сотней дел, и оставалось только перемигиваться во время общих обедов и случайно задевать друг друга на занятиях.
– О, да, твоя мать может бы очень дотошной, – фыркнул он, перехватив свободную руку девушки и вырисовывая невидимые узоры на тыльной стороне её ладони. – Значит ли это, что нам больше не потребуется проходить допрос с пристрастием, когда мы вернемся обратно?
Проводить лето в Норе теперь было той еще пыткой: если в школе, по крайней мере, им скрываться не от кого, народ собирается более или менее понимающий, то прятаться по углам от собственной родни было тревожно, неловко и отдавало странной горечью внутри. Пару раз, правда, Ал порывался взять быка за рога, но Роуз находила ту или иную причину его отговорить, начиная каждый аргумент со слов «еще не время». Скрепя сердце, он соглашался – ради девушки, а потом снова сверлил взглядом её отца, в глубине души жалея, что они родственники. Нет, правда, как было бы все просто, не будь они одной семьей: ни тебе этой осточертелой «игры в прятки», ни снедающего беспокойства, ни изучающих взглядов.
– Конечно, справилась, – парень тепло улыбнулся Уизли. – Я в тебя верил, ты знаешь это, – однако улыбка быстро исчезла с его лица, оставив место тревоге. Он нахмурился, чуть приподнявшись. – Что она говорила, кстати? Она не обидела тебя? Или у нас проблемы?
Альбус замолчал, понимая, что вряд ли способен думать рационально, полностью отдаваясь эмоциям. С другой же стороны, назвать его переживания пустыми было бы трудно: даже семнадцатилетняя, Гермиона Грейнджер-Уизли могла задать трепку кому угодно, не говоря уже о собственной (пусть и явившейся из будущего) дочери. Никто не знает, как отреагировала гриффиндорка на сегодняшний вечер откровений – никто не исключал возможности того, что, вернувшись в свое время, она сделает все, дабы оградить Ала и Роуз друг от друга: начиная постоянным и неустанным присмотром за дочкой и заканчивая переездом в другую страну. Рано или поздно она бы добилась своего и чувство исчезло бы, так и не появившись на свет, а этого Поттер, пожалуй, боялся больше, чем множества других вещей.
Впрочем, оставалась надежда, что особо не о чем волноваться, и порядок вещей останется прежним. Не желая расстраивать Роуз, Альбус растянул губы в улыбке, возвращаясь на свое прежнее место.
– Книга на носу – святое, – попытался пошутить он, недоумевая, как умудрился заснуть с оной на лице. – А еда – дело бренное, мирское. Может, я решил поститься, а потом уйти в монастырь. Или стану служителем одной из церквей Лондона, – улыбка стала коварной, в глазах парня зажегся лукавый огонек. – Представь: священник-маг, искупающий грехи прихожан и регулярно предающийся грехопадению с некоторыми рыжими ведьмочками.
Он притянул Роуз к себе и, все так же улыбаясь, поцеловал. Неважно. Все неважно. Пока они есть друг у друга, можно перестраивать под себя мир и ломать стереотипы; быть кем угодно и путешествовать куда угодно; бить посуду, играть на нервах и сводить с ума. Любить, любить отчаянно, до безумия, до дрожи в коленях и головокружения.
Пока они есть друг у друга, все будет хорошо.
– И, – Ал отодвинулся, хитро глядя на Уизли. – я выспался. В подобных местах вообще отлично спится, сама знаешь.
Он мягко коснулся губами её ладони, протягивая руку и мягко, нежно очертив линию её подбородка. О, если бы он мог просто забрать её в спокойное, безопасное место, где никто не сможет причинить ей вреда – Салазар свидетель, сделал бы он это немедленно и не беспокоясь о последствиях.
– А ты? – в голосе слизеринца зазвучала забота. – Ты успела поспать немного?

+1

6

Почувствовав мягкие, ласковые, тёплые – уже привычные, но всё равно каждый раз пробивающие просто до невозможного, накрывающие с головой, как и всё остальное, выводящее их с Альбусом за рамки друзей, каковыми они так долго были – прикосновения, Роза улыбнулась шире. В уголках глаз собрались смешливые морщинки, лишний раз подтверждая искренность этой улыбки.
Мерлин, всё-таки она тоже безмерно соскучилась.
Интересно, у них получится растянуть этот момент спокойного, уютного уединения на подольше? Очень бы хотелось, если честно...
— Не волнуйся, всё вполне себе в порядке, — хмурости на лице Ала сейчас точно видеть не хотелось, так что девушка поспешила поскорее заверить его в том, что всё хорошо. И даже не соврала ведь. Учитывая, что всё могло бы быть как минимум хуже, чем сейчас... Так. Нафиг. Нечего портить настроение и себе, и Поттеру, размышлениями о всяких проблемах и не-проблемах. Это всё и потом можно. — И я очень надеюсь, что второго допроса с пристрастием действительно не будет, — одного оказалось вполне достаточно, правда. — Вот только я не знаю, как именно работают изменения, связанные с порталами, так что посмотрим.
Возможно, они вернутся в своё, старое будущее, а новое пойдёт другим пластом реальности, никак не связанным с нынешними Роуз Уизли, Альбусом Поттером и остальной их компанией. Всё вполне может быть...
И об этом тоже лучше пока не думать.
Ал, как всегда, словил это состояние быстрее самой гриффиндорки, перевёл тему – ловко и красиво, одно удовольствие наблюдать, – заставляя в притворном удивлении вскинуть брови. Уж кто-кто, а монах из Поттера точно не получится.
Хотя бы потому, что монахам категорически не положено уметь целоваться. Особенно – так. Что все мысли из головы – выносит подчистую, и даже шутливый комментарий про наличие других рыжих ведьмочек остаётся невысказанным в мыслях, замирает на самом кончике языка, потому что целовать Альбуса куда приятнее, чем шутить. По крайней мере, в данный момент. (Хотя вряд ли в какой-нибудь другой будет как-то иначе.)
— Нет, я не спала, — поэтому Роуз почти не отстранилась, наоборот, чуть повернула голову, так, чтобы тепло-знакомые пальцы скользнули по щеке, а потом и вовсе подалась вперёд, прикрывая глаза и касаясь лба Ала своим. — У меня случился приступ активности. Теперь усну только после того, как израсходую все резервы и совсем устану... Ну, ты знаешь, как оно у меня работает.
У неё ведь бывало так периодически. В стрессовых ситуациях. Не то чтобы за всю жизнь их было так уж много – теперь, после открытия порталов, прыжков во времени всего такого явно станет много больше, – но запомнить общий алгоритм было достаточно просто: сначала Роза устаёт, потом у неё открывается даже не второе дыхание, а что-то куда большее, и пока оно не сойдёт на нет, пока девушка не умотается до состояния «упасть, где стояла, и так и уснуть», выключиться не получится. Это было полезно на экзаменах, тут не поспоришь, но доставляло определённые проблемы, когда необходимость в таком режиме отпадала. Потому что хватало его надолго, а если было действительно нужно – то на несколько дней, при условии растянутой по целым суткам дремоты на пару часов. По итогу усталости получалось много больше, как и последствий её.
Сейчас им такое вряд ли нужно будет, но ничего не попишешь.

+1

7

Вырисовывание невидимых узоров на ладошке Роуз перешло на новый уровень: профессор Древних рун определённо гордился бы своим учеником сейчас, бессознательно объединяющим оные руны в единую защитную связь. Кто знает, на что они наткнутся в этом (и каком-нибудь другом) времени, пусть слизеринец мог с уверенностью сказать, что в случае опасности его девушка не станет в ужасе забиваться в угол, а, если понадобится, недруга тапком перешибет. С другой же стороны, многим из них нужна помощь более взрослых, опытных родственников - злодеев воевать, зная о настоящих побоищах, достаточно реальных для начала восьмидесятых, только из книжек да чужих рассказов совершенно глупо.
- Хорошо, больше никаких допросов, - Альбус улыбнулся. Если Роуз захочет, она все ему расскажет позже. Если нет... Что же, на нет и суда нет. - И давай ненамного забудем о порталах? Здесь слишком хорошо, чтобы раздумывать о всех странностях пространственно-временного континуума и связанными с ними чудесами бытия. Пока я вижу только плюсы: отец наконец-то смог лично с родителями своими поговорить, а не с их призраками, спасли мы несколько человек, ты, опять же, рядом и в безопасности.
Спокойствие и умиротворение как-то быстро покинули Поттера, оставляя место ненавистным рассуждениям на тему эффекта бабочки и прочей ереси. По идее, нельзя, вернувшись в прошлое, что-то в нем менять: последствия в исходной точке времени могут измениться до неузнаваемости. Следуя этой мысли, все, кто должен был умереть сегодня, таки должны были умереть. Только вот вся их бравая компания изначально явилась в прошлое, чтобы не дать другим как следует накосячить - слабое, конечно, оправдание, но оно есть. Что, если все спасённые сегодня люди запусят цепочку событий, которые напрочь снесут все известные каноны мироздания?
Альбус недовольно поджал губы, понимая, что попал в глухой и отвратительно смердящий чем-то тупик. И ведь ладно, если злополучное письмо попало к Его Темности именно в восемьдесят первом - вопрос лишь в том, почему не ранее: ведь, если не дать Лили Эванс выйти замуж за Джеймса Поттера, у них бы не родился сын, позже переживший две Авады... В Хогвартсе того времени уже должны были процветать идеи Волдеморта, все больше и больше распространяясь среди студентов не только, впрочем, змеиного факультета, так что устроить размолвку самой яркой паре школы было бы не очень сложно. Но нет, отправители письмеца пошли сложным путём. "Почему именно восемьдесят первый? Чисто из-за значимости Хэллоуина этого года?", разгадка была где-то рядом, Альбус буквально чувствовал её кожей - но поймать за хвост все никак не мог.
Поток мыслей был прерван, стоило тёплому лбу коснуться его головы: парень удивленно распахнул глаза, и тут же блаженно пришурившись и мысленно попеняв на свою загруженность другими темами, когда рядом сидит красивая и, что главное, любимая девушка.
- Ага, знаю, - он фыркнул, шустро сообразив, о чём шла речь. - А потом кому-то выпадет роль брать тебя под белы ручки и нести в кроватку мягкую да уютную... Хотя, если такой на горизонте видно не будет, я тебя и так подержу. Я ж теперь большой и сильный, чего уж там.
Слово за слово, и вспышка произошедшего ранее пронеслась перед глазами, принося с собой фантомную боль в плече: все же, Нерисса хорошо знала своё дело и "подранка" привела в относительный порядок быстро. Но это все ещё не меняло наличия проблемы - имея кратенькие зарисовки собственного будущего, Ал понятия не имел, что с этим будущим творить в полной мере. Как и у кого учиться уживаться со своим внутренним "я" (хоть он искренне надеялся на абсолютную выживаемость Люпина)? Как закончить учёбу, её сильно афишируя ежемесячные "болезни" во время полнолуния? Или, может, его переведут на домашнее обучение (мысль об этом претила слизеринцу)? Что последующая работа - идти в безумные учёные, наслаждаться свободой, или вообще наниматься чужим телохранителем?
В конце концов, как его ликантропия скажется на Роуз?..
Альбус на мгновение зарылся пальцами в волосы девушки, позже с сожалением отворачиваясь и вынуждая её чуть при подняться и посмотреть ему в глаза.
- Об этом нам все равно стоило переговорить, - негромко произнёс Поттер, в душе разрываяся между желаниями поставить все точки над ё и вообще забыть об этой теме. - У меня теперь намечаются безумные ночи полнолуния... А ты, наверняка, уже успела обмозговать ситуацию, как следует. Что ты думаешь потому поводу? О том, что я оборотень? - он нервно сглотнул, как никогда ранее боясь ответа Роуз.

+1

8

Вот только Роуз была совсем не уверена в том, что это действительно плюсы, а не минусы. Потому что.. Потому что гении думают одинаково, и в голове у девушки тоже крутились мысли именно что об эффекте бабочки и о том, какие последствия может нести их нахождение здесь. Что будет, когда они вернутся обратно в своё время? Для начала, вернутся ли вообще?.. Вроде должны. Порталы-то открытыми остались (что, кстати, тоже не то чтобы очень хорошо, потому что туда кто угодно может забрести), пусть лично её и перебросило при проходе обратно не в их время, а вот сюда.
Не сказать, чтобы Уизли жаловалась, но всё же...
Всё же куда лучше будет сейчас хотя бы ненадолго задвинуть эти мысли куда подальше, как они с Альбусом только что дружно решили.
Поэтому Роза только слабо кивнула – настолько, насколько это было возможно, чтобы не разрывать контакта – и улыбнулась немного шире. Не сказать, чтобы она была так уж против обоих вариантов, предложенных Алом. Тем более, что, если он найдёт, куда её складировать тут, девушка его так просто от себя не отпустит – всё-таки она успела изрядно наволноваться за него за последние сутки...
И об одной из причин этого волнения Поттер решил вспомнить прямо сейчас. Им действительно пришлось бы поговорить об этом рано или поздно, но Роуз совсем не была уверена в том, что стоит делать это сию секунду. Хотя, у неё в самом деле было время подумать и сделать для себя определённые выводы.
И, заглянув Альбусу в глаза, на мгновение гриффиндорка испытала жгучее желание как следует стукнуть его по забитой умными и не очень мыслями головушке. Неужели он правда думал, что?..
— Я думаю, что мне плевать, — Уизли коротко пожала плечами, а потом улыбнулась. Слабо, но тепло и так, что становилось понятно – действительно плевать. Умудрись Ал стать хоть вампиром, хоть ещё какой-нибудь нечистью – и тогда тоже было бы плевать. Это ведь не главное, ну. — В том плане, что... Ну, ты же знаешь, я всегда любила приключения. Особенно – в твоей компании, — ещё раз скользнув пальцами по волосам Поттера, Роуз улыбнулась шире. — А это определённо походит на приключение, тебе так не кажется?
Это определённо будет очень сложное приключение, однако сейчас девушка ни единым словом не соврала. Конечно, трудностей у них теперь будет дохрена и больше, но самое главное – у них. Не у Альбуса отдельно, а у них вместе. Потому что, что бы там он себе не успел каким-то левым образом напридумывать, отступать и бросать юношу одного в такой ситуации Роза ни на мгновение не собиралась. Даже мысли подобной не проскользнуло ни разу.
Главное теперь, чтобы он сам не решил вдруг её от себя оттолкнуть за каким-то лешим. А вдруг?.. Впрочем, даже если попробует – всё равно ничего не добьётся. Роуз уже решила для себя всё, и ничто её решения не изменит теперь.
Кроме того, это ведь лишний повод покопаться в книгах. Надо ведь будет информацию собирать о том, во что Ал умудрился их обоих втянуть. Благо, с чтением проблем никогда не было, наоборот скорее.

+1

9

– Приключение. 
Альбус фыркнул, а потом, уткнувшись носом в живот девушки, громко и искренне заржал. Надо же, как оно повернулось: наличие ликантропии назвать приключением. Впрочем, у Роуз это точно было семейным, вспомнить только, какие её мать цветастые аббревиатуры придумывала. Или же это было влияние Гриффиндора, там тоже «приключения» на каждом шагу встречались, да ещё какие… Так что с Уизли точно станется назвать прыжки во времени каруселью, перестрелку с Пожирателями и им подобными ребятами – игрой в снежки, а на факт изменения временной линии пожать плечами и философски заключить, что «такого в правилах сказано не было». Цирк, да и только.
– За это я тебя и люблю, ты знаешь? – простонал парень, отсмеявшись и поднимая взгляд на Роуз. Все еще улыбаясь, он нежно коснулся пальцами её щеки, и тут же посерьезнел: пусть под давлением, но стребовать с девушки обещание, что она не станет совать голову в петлю, нужно было обязательно. – Но это не значит, что я не буду убегать как можно дальше, запираться за несколько дверей с заковыристым паролем на парселтанге и обматывать себя цепями потуже. И, тем более, это просто обязывает тебя держаться от меня подальше во время полнолуний. не знаю, как тебе, а меня не особо радует мысль создавать стаю с маленькими истинными оборотнями в последствии. Я даже парселтанг ради такого случая выучу, – выражение его лица смягчилось. Мысль о создании семьи с Уизли пришла в его голову впервые, хотя все закономерно шло к этому. Неужели хорошенькая встряска была необходимой, чтобы заработала голова в этом направлении?..
Ал резко сел, внимательно гладя в глаза девушки – той, которую он знал целую вечность, и которая была нужна ему, как воздух. Он не привык разбрасываться голословными обещаниями и действовать согласно сиюминутным порывам, но иногда рассудок задорно махал ему ручкой и уплывал закат. Так было на последней годовщине победы, и так, он надеялся, не будет сейчас, ведь им всем стоило позаботиться, чтобы было, что отмечать каждого второго мая. А с другой стороны, Поттер нутром чувствовал, что только что поймал удачу за хвост, главным оставалось только как следует ею воспользоваться, так, чтобы не пожалеть об этом в дальнейшей жизни.
О своих следующий словах, слизеринец был уверен, он никогда не пожалеет.
– И тем не менее, я просто уверен, что ты будешь по пятам за мной следовать под мантией-невидимкой и сторожить, куда бы я не сунулся, – с тихим смешком произнес Альбус. Осторожно взяв в руку ладонь Роуз и накрыв её своей, он чуть подался вперед, говоря вкрадчиво, чтобы только она услышала и точно поняла все до последнего звука. – Я хочу быть в этом уверенным. Я хочу бесноваться от того, что ты подвергаешь себя опасности, доказывая, что тебе не все равно. Хочу понять, что делать дальше, зная, что ты всегда будешь рядом, не смотря ни на что. Хочу сбегать среди ночи в Хогсмид по одному твоему желанию, где бы мы ни были и что бы не делали до того. Хочу делать то, что мы хотим, не обращая внимания на слова остальных. Хочу, чтобы у нас с тобой было будущее, которое мы должны выстроить в этом прошлом. Так что, Роуз Уизли, если – когда, – мы выберемся отсюда, ты выйдешь за меня замуж?

+1

10

Роуз собралась было уже обидеться по полной, успела даже насупиться, однако её и на пять секунд не хватило: слишком здорово было видеть Ала не серьёзным и обеспокоенным, а искренне, от души смеющимся. Настолько здорово, что девушку накрыло неожиданной волной нежности – тихо смеясь вместе с парнем, она чуть прижала его к себе, на мгновение склонившись и ласково коснувшись губами его волос. Вечно в эдаком творческом беспорядке… впрочем, Уизли это только нравилось, если по правде.
В конце концов, не зря же она сама их с завидной периодичностью растрёпывает. Впрочем, это можно оправдать тем, что в принципе докапываться до шевелюры Поттера девушке приятно не меньше. Благо, подобное устраивает их обоих.
А вот что Роуз абсолютно не устраивало – ту часть, что старательно пыталась игнорировать доводы рациональности и логики, желая просто наслаждаться моментом, – так это вновь вернувшаяся на лицо слизеринца серьёзность. И его следующие слова.
Причём рыжей даже говорить ничего не нужно было – по её лицу всё прекрасно читалось. Что она не позволит Альбусу справляться со всем этим в одиночку. Что, если понадобится, сама поможет с цепями, сама закроет двери, наложит запирающие чары поверх и не снимет, пока всё не закончится. Что будет максимально рядом всё то время, что парень будет под воздействием полной луны. Столько, сколько возможно.
Потому что для неё это – важно.
Поэтому что это же очевидно, чёрт его возьми! Разве она вообще может поступить хоть как-то иначе?
И Роуз – кивает, подтверждая правоту Поттера. Да, будет ходить. Возьмёт себе в пользование мантию и будет. Потому что – иначе никак для неё. А раз Ал это понимает, то зачем пытается её отговаривать от помощи ему же? Какой в этом смысл?
И девушка бы спросила. Правда, спросила бы, но что-то во взгляде, в прикосновении к её руке, что-то, почувствовавшееся на уровне интуиции, заставило замолчать, просто почти-хмуро глядя в лицо самому близкому для неё человеку и – слушать.
Слышать.
Такое, что, наверное, не сиди она, а стой – подкосились бы ноги.
Ещё в самом начале, ещё услышав про не всё равно, Роза почувствовала, как разглаживается морщинка между бровей, как уходит хмурость, уступая место удивлению и неверию. Кажется, ещё до того, как прозвучал этот самый вопрос, она уже знала, что сейчас услышит.
«Господи Боже…»
И ей бы растеряться, наверное, начать нести какую-нибудь смущённую чушь. Вроде, так по всем правилам мироздания поступают девушки, которым делают предложение? Вроде, да.
Вот только это Роуз Уизли и Альбус-Северус-Поттер. И им плевать на все законы и правила.
Поэтому вместо смущения, вместо глупого бормотания – Роза подаётся вперёд, обхватывая ладонями лицо Ала и целуя. Мягко, тепло, немного протяжно и так, что без слов всё понятно. Что вообще, по сути, слова? Такая мелочь. Ими так мало можно сказать… Куда больше искренности, куда полнее ответ – в мягких прикосновениях к щекам кончиками пальцев, в чуть дрожащих ресницах, когда Роуз прикрывает глаза, в касаниях губ…
В сияющем взгляде, когда поцелуй всё же закончился, и Уизли, едва-едва отстранившись, улыбнулась, глядя в до приятного щемящего чувства в груди знакомые и любимые глаза.
— Кажется, ты только что умудрился сделать меня самой счастливой девушкой в этом времени, — у неё голос тихий, полушёпот почти, потому что это – их, личное, на двоих только, и плевать, что в библиотеке и так никого нет. И в голосе – радость, немного смеха и, действительно, звенящее, откровенное счастье. — Ты сам-то как думаешь, что я тебе могу ответить?.. Конечно же, да. Мне кажется, что иные варианты тут просто неприемлемы.

Отредактировано Rose Weasley (2016-06-13 16:26:52)

+1

11

Ожидание.
Ал ненавидел ожидание.
Смотреть в глаза любимой девушки, пытаясь высмотреть в них ответ на самый важный вопрос и снедать себя разными мыслями разной степени приятности. Надеяться, что не сглупил, что все рассчитал правильно (какие к черту правила, если разум одурманен чувствами?!), что понимает все правильно тоже. Сейчас надежда - все, что у него есть. И смутное понимание, что вряд ли прошедшие полгода - вся жизнь, - были совсем уж пустым звуком.
В мире проходит несколько мгновений. Для Альбуса Северуса Поттера - вечность.
И вечность кончается, растворяется в родных прикосновениях, в удивительной мягкости теплых губ, чей вкус ему не забыть, даже если бы он желал этого больше всего на свете. И ему только и остается, что облегченно выдохнуть и ответить на поцелуй - нежно, неторопливо, показывая, что у неё есть время подумать. Но перед ним Роуз, его Роуз, и он уже знает ответ. Понимание, воцарившееся между ними еще с детства, всегда было им на руку, и сейчас Ал улыбается. Разве она может сказать что-то еще?..
- Неприемлемы, - эхом отзывается он, всматриваясь в лучистые глаза девушки и широко, счастливо улыбаясь. Так и не раздавшийся в тишине помещения тихий смех тонет в очередном поцелуе, и слизеринец увлекает Уизли - почти что Поттер! - на себя, прижимая её к груди, зарываясь рукой в огненно-рыжих волосах. Это слепит. Слепит почти до боли и до отчаянного воя, отбивая бешеный ритм где-то глубоко внутри.
Они нашли способ дуреть от счастья в чужом мире и времени, зная, что вокруг творится невероятный хаос и каждый неверный шаг может стать последним. Но не в этом ли суть жизни? Ходить по лезвию каждый день, впитывать в себя каждый момент, наслаждаться - и снова танцевать на краю бездны, насмехаясь над смертью?
Они нашли способ поверить, что они бессмертны, что остановить мгновение можно одним лишь движением пальцев, что встречу с Прекраснейшей можно отстрочить - настолько, насколько душа пожелает. А дальше уже без разницы, в Ад или Рай. Главное - рука об руку.
И вообще, волшебники столетиями верят в Мерлина и Моргану, послав ближайшим пролеском Геенну и Кущи.
Альбус пьет, выпивает дыхание девушки досуха, и не может насытиться. Рука давно пробралась под её рубашку, скользя по разгоряченному телу, так, что парень уверен - назавтра останутся следы. Плевать. На все плевать. Здесь и сейчас существуют только они.
Сознание наливается свинцом, заставляя забыть, где они сейчас - это не важно. Важен её запах, которым парень упивается, её обжигающие прикосновения - он уверен, еще немного, и он рассыпется пеплом у её ног. В груди что-то змеится, выгибается и ревёт раненным зверем, воет: моя, только моя. Теперь губы скользят ниже, к шее Роуз, где так неистово бьется тонкая жилка, притягивая его к себе магнитом. Удержаться от искушения поцеловать её невозможно, и слизеринец впивается в неё губами, ставя свою отметину. Ему тут же кажется, что этого недостаточно - легкий укус на месте поцелуя приходится впору.
Мало.
Мало!

Из горла вырывается животный рык, и Альбус рывком разворачивает гриффиндорку: она под ним. И снова атакует её рот, чтобы она запомнила, кому принадлежит - жизненная необходимость. Выклеймить на ней свое превосходство, чтобы больше никто, никто не посмел коснуться. Откуда-то издалека раздается хриплый голос, и ему требуется целая секунда, чтобы понять, что это она говорит - далеко. Парень резко вскидывает взгляд на свою невесту, запечатлевая в памяти образ огненного ореола, обрамившего её голову и плечи.
Огненная.
Моя.

+1

12

Альбус не даёт ей смеяться, хотя хочется. Что-то изнутри распирает, стремится вырваться наружу, оповестить весь мир о том, что Роуз Уизли – счастлива. Просто счастлива, так, как, наверное, никогда не была. Разве что в тот день, когда выяснилось, что у них с Альбусом всё взаимно?..
Наверное, так.
В любом случае, сейчас размышлять об этом решительно некогда. Поттер сам же ей и мешает, коварное создание, отвлекает так, что не отвлечься – решительно невозможно. Потому что – запутавшиеся в волосах пряди; потому что – скользящие по коже ладони; потому что – губы, ох, Мерлин, эти проклятые-слишком-любимые губы, которые так хочется целовать всё время... Роуз до сих пор помнит, как долго запрещала себе это, как долго одёргивала себя. И до сих пор ценит каждый поцелуй. Каждое прикосновение, жгущее кожу, словно огнём – хочется больше, она наклоняет голову набок, откровенно подставляясь под поцелуи, чувствует, как бегут по коже приятные мурашки и улыбается шире, почти вцепляясь Альбусу в плечи, комкая клетчатую ткань в пальцах.
Её, только её, тёплый, свой, близкий, и он будет рядом, что бы ни случилось, с кем бы из них, и он просто...
Уизли всё-таки смеётся: тихо, но очень, очень легко. Сама путается пальцами в тёмной шевелюре АлСева, чувствуя, как снова гулко колотится в груди сердце от такого простого действия – но к этому тоже никогда, никогда не привыкнуть, она слишком долго не позволяла себе подобного, чтобы теперь не ценить каждый выдавшийся шанс, каждый раз, когда она может сделать что-то подобное... Каждый. Мать его. Раз.
И кажется, что воздуха просто не хватает, как его вообще может хватать здесь и сейчас, да и зачем вообще воздух, когда она дышит вкусом целующих её тёплых губ? Однако где-то в горле зарождается голос, зарождается смех и шутливые фразы, и одёргивать себя – совершенно незачем, по сути.
Роуз и не собирается.
— Мне однозначно нравится твоё новое амплуа, — шутка могла бы быть очень неуместной в любой другой ситуации, учитывая, кем стал Поттер, однако прямо сейчас гриффиндорка ни на секунду не сомневается в том, что её поймут правильно, а потом позволяет себе эти слова, этот смешок, этот весёлый взгляд... который тут же наполняется совсем иными эмоциями, стоит только заглянуть в глаза её жениха (Мерлин, подумать только, жениха, это даже в голове звучит так чертовски непривычно, но приятно просто до дрожи). Она не знает, как выразить всё, что в ней сейчас, как сформулировать, и просто притягивает Альбуса обратно к себе, уже сама буквально впиваясь поцелуем в его губы, слепо шаря свободной рукой по ткани рубашки, расстёгивая пуговицы дрожащими – дрожащими, проклятье, почему, это ведь не впервой – пальцами, только бы прикоснуться поскорее, только бы ближе, ещё ближе, пожалуйста, только никуда от меня не уходи.
И Роуз действительно уверена в том, что её поймут. Во всём. Это же Ал. Он всегда понимает.
И сердце, заполошно бьющееся в груди, гремящее в ушах, выстукивает их безумную любовь напополам с благодарностью, которая, наверное, никогда не пропадёт. И тогда, когда Уизли сама легко кусает Поттера за нижнюю губу, игриво немного, просто потому, что сейчас иначе просто не получается. Когда сама касается губами его шеи, чувствуя, как рвётся из его горла дыхание пополам с глухим рычанием. Частое, жаркое.
Он весь – один сплошной сгусток жара, но Роуз совсем не боится обжечься, потому что она сама сейчас такая же.

+1

13

У Альбуса на губах улыбка змеится, и он хватает девушку за запястья, заводя их над её головой - её действия с ума сводят, её движения под ним затуманивают рассудок, грозя перевернуть вверх дном всю чертову библиотеку. Плевать на последствия. Плевать на запреты. На все плевать.
Не на Роуз.
Она слишком похожа на него, слишком любит анализировать и слишком много думает, даже сейчас, когда воздух вокруг, кажется, трещит от напряжения и грозит вот-вот пойти молниями, когда запах её возбуждения окружил их обоих, а руки дрожат в преддверии того, что сейчас произойдет. Не первая их близость - черт подери, далеко не первая, и впору поблагодарить предприимчивых Основателей Хогвартса и их Выручай-комнату, - но с этой гриффиндоркой все ощущается, словно впервые. Руки Ала лихорадочно скользят по её телу, губы клеймят горячий поцелуй на её губах, мешая мысли, заставляя окунуться в чувства. Он следует своим же правилам, сосредотачиваясь на том, что чувствует, утопая в эмоциях - её или своих? - разрывающихся в голове, и лишается ощущения реальности. Её тонкие пальчики в волосах - приятно. Маленькая ладонь на груди - чувственно. Поцелуй душит, потому что некогда набрать воздуха в легкие, но оторваться - невозможно.
Поттеру кажется, что важность кислорода для человеческой жизни переоценена. Поттеру кажется, что он готов вечность провести в этой библиотеке, в этом доме, в этом времени - лишь бы не выпускать Роуз из своих рук. Сейчас все, что находится за пределами них двоих, за пределами чувств, теряет свою значимость.
Он видит, как под закрытыми глазами распускается ярко-красный цветок - шаловливые ручки девушки уже добрались до ремня брюк, норовя скользнуть под них. Он слышит, как под Уизли скрипит кожаный диван, на улице стрекочут сверчки, а почти что идеальную тишину разрывает хриплое дыхание и едва слышный полувсхлип-полустон: его пальцы забираются под её лифчик, дразня, распаляя еще больше, если это возможно.
Они бы сгорели, если бы это было реально. Они уже горят - к черту законы реальности. Они возрождаются фениксами, чтобы снова быть вместе, невозможно близко, объятые пламенем.
Поттер чувствует, как язык Роуз скользит по его шее, проводя влажную дорожку. Поттер вдыхает запах её духов, знакомого с детства шампуня и - едва уловимо, - кожи; ему бы забыть на мгновение, как она действует на него, чтобы не сорваться, не разодрать на ней одежду в клочья, но он не может. И не хочет. Зачем?..
Ал ощущает Роуз всем собой, начиная от её лодыжек, сомкнутых в замок на его бедрах, и заканчивая её ладонью в своих волосах.
Все остальное не имеет никакого значения, кроме пяти чувств, которыми он создает собственное параллельное измерение. В нём нет места никому, кроме них двоих, и будь он проклят, если так и не будет впредь.
Магия покалывает на кончиках пальцев, практически болезненно, но он не обращает внимания - только Уизли достойна этого. Он вжимает её в себя, комкая её рубашку и на периферии сознания слыша треск порванной материи.
Плевать.
Голова готова взорваться от всего, что переполняет его, и этот взрыв касается глаз, делая всё вокруг четче, помогая видеть её ярче, лучше, давая возможность наслаждаться этим зрелищем еще сильнее - если такое, конечно, все еще возможно. Альбус опускается ниже, покусывая её кожу, царапая клыками, слизывая выступившие капельки крови. Её кровь на вкус как вино, как нектар, как... всё.
Она - всё.
Ладошки упираются в грудь, и до разума не сразу доходит, что это - призыв остановиться. И слизеринец бы послушался. Остановился бы, позволил бы ей уйти, но всё зашло слишком далеко, и он все с тем же рычанием впился поцелуем-укусом в шею девушки, диктуя свои правила, грубо сжимая пальцами её запястье - снова, - и не давая отстраниться.
Взрыв всё же наступил.
Тряся головой, словно нашкодивший щенок, Ал отскочил в сторону, и оступился, шлёпаясь на зад, глядя ошалелыми глазами на Роуз. На её лице крупными буквами написан страх, шок, и понять причину этому оказывается трудно.
Поначалу.
Потом Поттер ощущает привкус крови во рту, и ощупывает губы - зубы, десна, - пальцами, тут же отдёргивая их, когда касается длинных острых клыков. И на руки свои тоже смотрит в ужасе: длинные, уродливые когти тоже покрыты красной жидкостью. Не нужно гадать, кому она принадлежит.
"Что я наделал?!"
Ему нет нужды видеть свое лицо, чтобы понимать, как оно выглядит: глаза наверняка сменили цвет, окрасившись в ярко-желтый, волчий, а о других возможных изменениях и думать не хочется. Страх практически отрезвляет, и Ал пятится-ползет назад, боясь причинить Роуз больший вред.
Он и так натворил немало.

Отредактировано Albus S. Potter (2016-11-09 15:26:12)

+1

14

«Не отступать и не сдаваться» – таков был девиз Роуз многие годы её жизни. В детстве она любила слушать истории о великих героях, умеющих взглянуть своим страхам прямо в глаза и сделать один четкий выстрел в упор. Любила свой факультет за то, что каждый здесь ежедневно боролся с липким омерзительным чувством, превозмогая себя и не желая мириться с утверждениями глупых трусов о том, что боятся – абсолютно нормально для человека. Иногда девушка даже думала о том, что гриффиндорцы не были людьми. Потому, что ненормально лезть в пещеру с пауками законченному арахнофобу, ненормально залазить на фестрала с паникой и темнотой в глазах перед могуществом десятков метров над землей, ненормально мужественно подставляться под убивающей заклинание могущественного темного волшебника и ненормально прижиматься к объекту своих запретных чувств так рьяно…
        Уизли казалось, что ещё мгновение – и она сгорит в объятиях Альбуса. Наверное, со стороны это смотрелось дико: правильная и справедливая староста с всклокоченными рыжими волосами и абсолютно ошалелым взглядом шарила по худому телу юноши, приходящегося ей братом. Пусть двоюродным, но братом. Самое ужасное, что малышке Ро-Ро было всё равно сейчас. Раньше она бы сидела в чаще леса, что рядом с «Норой» и плакала навзрыд, чувствовала себя одинокой и мерзкой, пересиливала себя в нужде кому-то рассказать, чувствовала мучительный стыд перед услышавшим непреложную истину любви Регулусом, но не сейчас.
        Сейчас не было ничего более естественного, чем проводить рукой по мягким черным волосам, тихо постанывать от поцелуев в шею, обхватывать бедра любимого человека стройными ногами и пытаться унять, норовящие выскочить из груди, сердце. Реальность разливалась в сознании ослепляющим светом и Роуз не сразу почувствовала угрозу. Ведь что ей может угрожать рядом с ним – родным любимым Альбусом?
        «Зверь».
        Зверь жил в Поттере и это был непреклонный факт, преисполненный трагедии для всей семьи. Гриффиндорка до последнего занималась самообманом, думая, что «пушистая проблема» самого дорогого исключительного парня на свете её никогда не заденет и никогда он не причинит ей вред, поэтому в мгновение, когда Ал выпустил клыки, воспаленное сознание Уизли списало всё на пламя страсти, но уж никак не настоящую опасность.
        Когда же укусы и царапины стали угрожающе багроветь, а боль стала заливать жилы раскаленным свинцом, Роуз вдруг очнулась, и первым чувством был невероятный страх. Такого она не испытывала никогда, но всё случается впервые, поэтому гриффиндорка вдруг с силой толкнула Альбуса. Тот вскочил, попятился и шлепнулся на пятую точку, ошалело кидая взгляды то на свои руки, то на неё. Видимо, слизеринец не понимал, что произошло. Какие-то несколько мгновений Рыжая всеми силами пыталась убедить себя в том, что юноша не хотел причинить ей вреда, ибо любил её, но затем все существо девушки наполнилось паникой и взрывом разочарования:
– Ты понял… что… только что сделал?! – слова давались Уизли сложно. Ещё пару мгновений назад она чувствовала себя самой счастливой девушкой на планете Земля, а сейчас была объята панической атакой от которой свеча на журнальном столике угасла и волчьи глаза стали ещё ярче. Роуз не мог остановить затравленный взгляд, ибо вместе с виной за причиненный вред в них было желание.
       Желание разорвать, съесть, прорваться в глубину девичьего тела зубами. И отнюдь ей бы не понравилось это. Чувствуя опасную близость погони, гриффиндорка спешно застегивалась и пятилась. Напряжение в комнате нарастало и, не сумев отрезвить себя, девушка запустила в Альбуса книгой и кинулась наутек из библиотеки.
        Спустя некоторое время Роуз будет себя корить за этот страх, но сейчас она бежала по коридору дома на Гриммуальд-плейс и не чувствовала ничего, кроме кипящей смолы ужаса в каждой клеточке тела.

+2


Вы здесь » | Three Generations: I would rather die | » Маховик времени » Tale as old as time © [1981, November]